Лея Р. - Записки безымянного кота
Посвящается Саше и Василисе, а также всем бездомышам: обретшим дом и прозябающим в подвалах, матёрым и едва открывшим глаза, полным жизни и тем, кто взбежал по Радуге без права вернуться.
♂ Сегодня я впервые увидел солнце. Первые три с лишним недели мы с сестрёнкой прожили в подвале, а сегодня мама позволила нам выйти на улицу. Это было так прекрасно и незабываемо волнительно!.. Сначала даже зажмурился – настолько ослепительно-ярким стало вдруг всё вокруг. Но постепенно зрение, которое я обрёл с дюжину дней назад, вернулось, и удивительное зрелище развернулось перед глазами.
Меня окружали густые заросли сочной, высокой, насыщенно-изумрудной травы; чуть поодаль виднелась изгородь кустарников, рядом с которыми распустились странно пахнущие цветы. Прямо над головой распростёрлось бесконечное, ярко-голубое, безоблачное небо, по которому путешествовало ослепительно-белое солнце… Сотни звуков и запахов наполнили меня, едва не заставив задохнуться от восторга. Казалось, что я ничтожно мал в сравнении с этим огромным миром и просто не смогу вместить в себя все впечатления, что меня вот-вот разорвёт от нахлынувших ощущений. Особенно усиливалось это чувство на контрасте с тёмным пыльным подвалом.
Первое, что я почувствовал, когда только появился на свет – холод и сырость. Стало так страшно и неуютно, что откуда-то из глубины рвался истошный крик. Попытался завопить – но лишь беззвучно открыл рот. Попробовал снова, и в этот самый миг меня коснулось нечто тёплое, шершавое… Поняв, что кто-то пытается ухаживать за мной, изо всех сил потянулся к этому существу и вскоре ощутил непередаваемо притягательный запах, пополз на него и упёрся во что-то мягкое. Успокоенный чудесным духом родного и манящего, подчиняясь непреодолимому влечению, я обхватил ртом нежную плоть и почувствовал на языке лакомую жидкость. Сразу же жадно присосался к дивному источнику жизни, наполнившему меня удовлетворением и покоем, а после сам не заметил, как уснул.
Проснулся оттого, что кто-то неуклюже пытался ползти по мне. Возмущённо пискнув, я вдруг понял, что это существо совсем как я: беспомощное, маленькое, напуганное, ищущее тепла и заботы… Тут мне подумалось, что живительной влаги может не хватить на двоих, и я снова полез вперёд в поисках горячего родника, истошно пища и надеясь обогнать неожиданного соперника. К счастью, я быстро отыскал источник пищи и жадно припал к мягкой плоти; мой конкурент, очевидно, отстал. Насытившись, вновь впал в сонное забытьё, пригревшись в тепле невидимого защитника.
Так продолжалось несколько дней. Я больше не боялся соперничества: еды вполне хватало на двоих, а спать, прижавшись друг к другу, когда нас оставляли одних, оказалось гораздо теплее. Правда, мать никогда не отлучалась надолго, а по возвращении всегда тщательно вылизывала и терпеливо ждала, пока мы насытимся.
Спустя неделю я впервые услышал, как мама тихо напевала, пока мы сосали молоко. Потом моего слуха коснулся тонкий писк сестрёнки, и я захотел ответить ей… Мой голос оказался удивительно похож на её; а я-то думал, что он звучит на порядок мощнее!..
Вскоре меня разбудил тихий шелест; испугавшись, я начал истошно звать мать. Она тут же успокоила меня, нежно вылизав горячим ловким языком. Оказалось, это шуршала мышь – законная кошачья добыча. Когда мы немного подрастём, мама научит нас охотиться. Должно быть, это ужасно интересно и захватывающе!.. Как же мне хочется поскорее вырасти.
Вслед за появившимся слухом открылись и глаза. Не думал, что зрение настолько важно, пока не вышел из подвала. Там было особенно не на что смотреть: всё вокруг серое и некрасивое. Огромные трубы, в которых постоянно что-то переливается, голые стены, кучи пыли… Зато мне нравилось любоваться собой и сестрёнкой; я также обожал наблюдать за длинным хвостом матери, которым она так умело обвивала своё тело. Сестрёнка как-то пыталась поймать этот пушистый шлейф, но она такая неуклюжая! А я в те дни впервые начал задумываться, куда и зачем уходит мать, чтобы спустя короткое время вновь вернуться в мрачное серое жилище.