Улукбек Чиналиев - Высотный шторм
Глава I
Урочище Каркыра
Урочище Каркыра издавна привлекало меня своим необычным названием, легендами и сюжетами эпоса «Манас». Эта местность богата целебными травами – душицей, морковником, осотом, чабрецом и джийде. Мед благодаря такому травяному составу обладает тонким вкусом и редким ароматом. В любое время года, за исключением зимнего, земля здесь напоминает удивительный ковер сочной, пленяющей взгляд зелени, вспоенной ручьями. Нигде не встретишь такого разнообразия ландшафта, такой игры света и тени, как в этом краю. Путешественники со всего мира сравнивают красоту этой долины с райскими садами Эдема.
Зеленые арчовые леса поднимаются по горным склонам. Постепенно, с набором высоты, ели превращаются в низкорослый стланец, потом заметно редеют и исчезают совсем. Только нагие мглистые скалы. В иных местах холмы по прихоти природы сошлись так близко, что между ними не поместиться ни пашне, ни хижине, только раздолье для выпаса скота. То вдруг долина расширяется, и жилые постройки, разбросанные там и сям, наводят на мысль о трудолюбивой бедности.
Сверху долина кажется бесконечной равниной, но, пересекая ее, видишь, как сильно она изрезана и рассечена. Причиной тому – многочисленные ручьи и речушки, которые, размывая свои русла, образуют ущелья и овраги. Река Каркыра, берущая начало в ледниках Кюнгей-Ала-Тоо, в среднем течении служит кыргызско-казахской государственной границей, а в нижнем – впадает в реку Кеген. Почти все летние пастбища находятся наверху урочища и покрыты зеленой травой. Вблизи высятся арчовые деревья, мощные корни удерживают их на крутых склонах, создавая впечатление волшебного леса.
Свое название это место получило благодаря серым журавлям, которые, как и путники Великого Шелкового пути, останавливаются здесь, чтобы передохнуть весной во время сезонных перелетов в Пакистан и Индию. В течение 10–15 дней, в зависимости от погоды, на относительно небольшом участке птицы, гнездящиеся в России и Казахстане, объединяются в многочисленные стаи и обучают молодняк, готовя их к большому перелету на зимовку.
Наука не дает исчерпывающего объяснения тому, как птицы находят дорогу во время перелетов и как разыскивают свои родные места.
С перелетами птиц связан любопытный исторический факт. Когда Колумб приближался к американскому континенту, он увидел большие стаи птиц, направляющиеся на юго-запад. Это означало, что земля где-то поблизости, и Колумб изменил курс и направился в юго-западном направлении. Поэтому он высадился на Багамских островах, вместо того чтобы оказаться на берегу Флориды.
У кого не отзовутся в сердце светлой грустью или далекими воспоминаниями прощальные журавлиные крики? Кто не проводит взглядом до самого горизонта скользящий по небу печальный клин? Глядя на отрешенно и устало машущих крыльями птиц, осознаешь, что летят они бесконечно долго и этот путь утомил их. На своем пути они пересекают великие горные массивы, перелетая высочайшую точку планеты – Эверест! Объяснения феномена выживания птиц на высоте десяти тысяч метров пока нет, есть лишь научная версия, что, поднимаясь ввысь, журавли замедляют метаболизм.
У самой восточной границы Каркыра, в местности Чааркудук (Пестрый Колодец), построен акклиматизационный лагерь для туристов и альпинистов. Нам с женой Светланой и внучкой Габриэлой предстояло провести несколько дней, наполненных особым содержанием. Увидеть что-то новое, окунуться в атмосферу тех, кто готовится посетить «заповедные выси», что является как бы иной стороной бытия, питая исследовательскую жилку, всегда связанную с нашим естественным любопытством.
Дорога до альплагеря из Бишкека неблизкая, но на машине мы движемся вдоль реки Чу. Дно ее покрыто галькой, камнями разной величины и окраса, берега поросли камышом и кустарником, смешиваясь с цветами. Основное русло разбивается на многочисленные ответвления, а затем, сливаясь воедино, течет степенно, неторопливо, по благодатной Чуйской долине, правый берег ее принадлежит Казахстану. Граница между двумя странами больше подпадает под определение сближения соседних народов и является источником дружбы и сотрудничества. Выжженные луга за рекой тянутся до самого подножия отрогов и кажутся безжизненными, в отдалении с южной стороны прорезаются снежные зазубрины Кыргызского Ала-Тоо.