Сергей Тулупов - Возмужание не по Фрейду
© Сергей Николаевич Тулупов, 2015
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru
Косолапожопеее
Родители всегда понимают, что нужно их детям, и чаще матери знают какие девушки подходят для их сыновей. Вот и мамаша Сени посчитала, что время пришло.
Подыскала для него подругу из соседнего через дорогу дома, дочку своей коллеги по работе или просто знакомой, едва была окончена поселковая восьмилетка и поданы документы в среднюю школу в городе.
Какие такие благие цели преследовала его мать, и сейчас непонятно: может, чтобы под присмотром и положительным влиянием находился и не попал в дурную компанию.
Скорее всего, не от большого ума подобрала больше для себя подходящую перспективную кандидатуру. Вроде и рановато, и не особо тянуло Арсения к прекрасному полу – сказывалось позднее физическое и половое развитие.
Да и много дел вокруг более интересных, включая футбол, чтение книг, коллекцию почтовых марок и просто общение со своими дворовыми и школьными друзьями.
Обработка незрелого сознания Сени со стороны матери и бабушки без особых успехов продолжалась недели две.
Вначале он отшучивался и не обращал внимания, а иногда сбегал во двор под каким-нибудь благовидным предлогом, чтобы не выслушивать восхваления всевозможных положительных качеств соседской девчонки, на которую никогда и внимания не обращал.
А тут присмотрелся к ней, и что-то ему сильно не понравилось, а СЛОВЕСНАЯ ФОРМА выражения не получается….
Вечером к матери заглянула в гости подруга, проживающая на соседней улице в частном доме и считающая себя весьма культурной и начитанной. Под выпитую бутылочку «красненького» вскоре все возможные темы были обсуждены.
Разговор за чаепитием плавно перешёл на Сеню. Отбиваться словесно от трёх женщин и их доводов подружиться с положительной девушкой через короткое время стало просто не возможно.
Эмоции злости и негодования так захлестнули юношу, что слова застревали в горле. Сеня решил сбежать во двор, пока его обсуждали на кухне. Но обувая и зашнуровывая ботинки в прихожей, неожиданно для себя успокоился.
Быстро возвратился, остановился у порога кухни и недолго думая, выдал: – Не нравится мне ваша невеста, у неё – КОСОЛАПОЖОПЕЕЕ!
Дамы, ошеломлённые таким поворотом событий, замолкли, а подруга матери картинно выдавила из себя: – Нет такого слова в русском языке!
– Если нет, то его надо ввести в русский язык для таких писаных красавиц, – гордо провозгласил Арсений и, не дожидаясь ответа, стремительно вышел из квартиры, хлопнув дверью.
На улицу, к друзьям и приятелям, в свободную от материнской опеки юность.
Несостоявшийся мушкетёр
Лето на исходе и скоро обратно в школу, в 10-й выпускной класс, а пока за деревянным, грубо сколоченным столом под тополями, во дворе дома несколько юношей допризывного возраста азартно резались в карточного «Козла» на вылет. Заодно обсуждали международные новости: ввод войск Варшавского договора в Чехословакию.
Приятно было ощущать себя приобщённым к взрослой компании дворовых парней после трудового лета и «на заслуженном отдыхе», когда вместо обязательной и неоплачиваемой производственной практики отпахано два с половиной месяца на шахте в посёлке Сомпа учеником связиста. В результате на руках трудовая книжка с первой записью, уверенность в своих силах и существенное пополнение семейного бюджета.
Наблюдая за игрой, Арсений не сразу заметил невдалеке странную группу из трёх ребят и одной девушки, бывших одноклассников по «восьмилетке», неторопливо следующих мимо трёхэтажных домов хрущёвской застройки в сторону посёлка Рутику.
Ребята – это троица неразлучных мушкетёров, два Юрия и Володя, танцор и участник школьной самодеятельности. Девушка, дочка одной из бывших учительниц с очень строгими моральными принципами, Люда, уехавшая после седьмого класса к отцу в город Таллинн, столицу ЭССР.
Поприветствовав издали компанию, Сеня продолжил следить за игрой, тем более на подходе его очередь вступать в игру. Однако бывшие одноклассники почему-то остановились, и о чём-то посовещавшись, ребята направились к нему. Первым подошёл Володька и, отозвав Сеню в сторонку, жестикулируя, начал с волнением в голосе что-то, для него пока непонятное тихо и неразборчиво говорить.