Виктория Эйлер - Война закончится через два дня
КОМЕДИЯ В ЧЕТЫРЕХ ДЕЙСТВЯХ
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Якубович Лидия Ивановна.
Тимофей Дмитриевич, её второй муж.
Тамара
их дети.
Вова
Валентина – дочь Лидии Ивановны от первого брака.
Фёдор Степанович – начальник бригады №1.
Ираида Зорина – подруга Валентины.
Арсений Николаевич – машинист, наставник Тимофея.
Любаша Красовская – работница бригады №1.
Ольга Змеева – работница бригады №1.
Зоя Новикова – работница бригады №1.
Алексей Князев – работник бригады №1, жених, потом муж Ираиды.
Дарья Леонидовна – соседка Красовской.
Василий – её сын.
Действие происходит в небольшом байкальском городе.
Действие первое
В доме семьи Якубович. Вечер. Фитиль от керосиновой лампы на столе освещает комнату. Круглый стол посередине комнаты и бордовый абажур с бахромой над ним. Между окнами располагается комод, покрытый овальной салфеткой. На комоде стоят фигурки слоников от самого большого до маленького в ряд. Там же чернильница с перьевой ручкой и шкатулка.
Лидия только уложила младших детей, закрывает дверь и подходит к старшей дочери.
Валентина вяжет кружевную салфетку крючком. В голландке горит огонь, обогревая дом.
Лидия. Что за беда с этим светом! То он есть, то его нет! Жили и горя не знали, теперь только и делают, что отключают. Валюша, ты зачем опять вяжешь? (За окном слышно как подвывает метель).
Валентина. Ой! Опять метёт! Завывает-то как гадко!
Лидия. Не юли! Зрение себе испортишь!
Валентина. Я же тебе утром говорила! Это подарок для Ираиды.
Лидия. Забыла, честно говоря, за день! Какая между вами дружба никак в толк не возьму? Тринадцать и семнадцать лет. Пропасть!
Валентина. Только через две недели исполнится! Сегодня довяжу кайму.
Лидия. Завтра бы повязала при свете. Уж не на сутки они его отключили. Если хочешь, то возьми в чемодане отрез белой бязи. Подаришь красивую салфетку для этажерки.
Валентина. Правда, можно?
Лидия. Так семнадцать лет! Солидный возраст и подарок ему под стать!
Валентина подскакивает с места, и обнимает сверху руками мать.
Лидия. Только не задуши меня! (Улыбаясь и прихлопывая дочь по руке). Как день прошёл?
Валентина. (Возвращаясь к вязанию). Вова играл в кубики, мы с Томой кукле сделали ноги. Из тех кусочков ткани, что совсем без дела лежат. К Ираиде заходили, у неё сегодня выходной.
Лидия. И как она?
Валентина. Просит, чтобы ты ей погадала.
Лидия. Ещё чего. Пока первого шага не сделаешь, так ни одной дороги нет. Так и передай.
Валентина. Мы на жжёной бумаге гадали и смотрели на тени.
Лидия. Вот нет покоя дурной голове! Ещё хуже, когда их две!
Валентина. Так мы дома раньше так делали!
Лидия. Только какой с этого прок? Что нагадали в итоге?
Валентина. У меня ничего интересного. Частокол какой-то и дырявый башмак. Прямо большой такой башмак и дырка в нём.
Лидия. (Вздыхая). Тяжёлый год впереди!
Валентина. Хотела бы я быть постарше. Раньше четырнадцати меня на фабрику не возьмут. До осени на одну рабочую карточку три иждивенца.
Лидия. (Ободряюще). Проживём! Что вышло у Ираиды?
Валентина. Жеребец! Скажи же, это ведь жених? Мы сразу так решили.
Лидия. Так откуда мне знать!
Валентина. Ну, мама! Конечно, ты знаешь! Такой красивый конь, такая грива у него и на нём наездница.
Лидия. Гадать нужно после Нового года, на святки. Даже подумать страшно! 1943 год наступит через три недели. Два года войне, не живём, выживаем. Ну да ладно!
Валентина. Так бабушка Ираиды говорит, что в старые времена, в это время гадали. Точнее получается предсказание.
Лидия (С улыбкой). Так не пожурила её бабушка за ваши гадания?
Валентина. Поворчала немного! Тридцать лет совсем всё другим было.
Лидия. Страшно подумать. Я тогда была польская пани. Маленькая совсем девочка. Прямо как наш Вовочка, всего четыре года. Не знала ни слова по-русски. У меня были мама и папа, две сестры и брат. Всё было, а потом ничего не стало. Горькая доля сироты.
Валентина. Ты когда так говоришь, мне сразу плакать хочется.
Лидия. Так я редко вспоминаю. Одно мне всегда жаль будет. Отца твоего, Николая, уж больно любила я. Как вспомню глаза его, так порой внутри сожмётся.