Марина Бурик - Виртуализированный мир капитализма
Рецензенты:
Е. Н. Ведута – доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой стратегического планирования и экономической политики Факультета государственного управления ФГБОУ ВО «Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова» (МГУ);
Г. В. Лобастов – доктор философских наук, профессор кафедры философии ФГБОУ ВО «Московский авиационный институт (национальный исследовательский университет)» (МАИ)
© Бурик М. Л., 2022
© Издательство «Знание-М», 2022
Введение
Виртуализация как предмет исследования
О некапиталистической капиталистичности
Об отдельных явлениях, которые можно отнести к тому, что мы называем словосочетанием «некапиталистическая капиталистичность», писали многие исследователи на протяжении всего XX и пишут в XXI веке. Маркс об этом писал еще в XIX веке: «Но как только народы, у которых производство совершается еще в сравнительно низких формах рабского, барщинного труда и т. д., вовлекаются в мировой рынок, на котором господствует капиталистический способ производства и который преобладающим интересом делает продажу продуктов этого производства за границу, так к варварским ужасам рабства, крепостничества и т. д. присоединяется цивилизованный ужас чрезмерного труда. Поэтому труд негров в южных штатах Американского союза носил умеренно-патриархальный характер до тех пор, пока целью производства было главным образом непосредственное удовлетворение собственных потребностей. Но по мере того как экспорт хлопка становился жизненным интересом для этих штатов, чрезмерный труд негра, доходящий в отдельных случаях до потребления его жизни в течение семи лет труда, становился фактором рассчитанной и рассчитывающей системы. Тут дело шло уже не о том, чтобы выколотить из него известное количество полезных продуктов. Дело заключалось в производстве самой прибавочной стоимости. То же самое происходило с барщинным трудом, например, в Дунайских княжествах» [8]. Под некапиталистической капиталистичностью мы имеем в виду все то, что встроено в логику капитала – самовозрастающей стоимости – как сущностного и существенного общественного отношения и, тем не менее, выходит за пределы капиталистического товарного производства.
Можно условно выделить три разновидности некапиталистической капиталистичности.
К первой относится все то, что, базируясь на старых докапиталистических экономических укладах и способах эксплуатации, встраиваясь в логику самовозрастания стоимости, осуществляется как элемент воспроизводства капитала. Сюда относятся, главным образом, разнообразные возвратные формы, существующие на стадии империализма, а также приспособленные под себя капиталом разлагающиеся хозяйственные уклады и способы эксплуатации на всех этапах существования капитализма. В эпоху империализма докапиталистические формы эксплуатации человека человеком то вызываются к жизни, то опять разрушаются, а то и консервируются на целые десятилетия, в зависимости от изменения общего состояния экономики.
В частности, с этой точки зрения рассматривалось рабство в США и длительное существование крепостного права в России как важнейшие моменты развития капитализма в Европе. Основные подходы к этим явлениям обозначились в начале XX века. Они, так или иначе, идут от линий В. И. Ленина и Р. Люксембург. Отметим, что Ленин много писал о докапиталистических укладах как моменте существования капитализма в России. В частности, в своей полемике с народниками он, анализируя кустарные промыслы и сельское хозяйство, убедительно показывал, каким образом капитал подчиняет себе докапиталистические способы эксплуатации [2].
Роза Люксембург, в свою очередь, говорила о некапиталистической периферии с докапиталистическим укладом как об обязательном условии расширенного воспроизводства при капитализме, то есть существования капитала как господствующего общественного отношения и капитализма как такового [3]. В этом она, как и многие современные теоретики, усматривает всеобщую тенденцию к исключительному мировому господству капитала. Предел развития капиталистического способа производства ими видится, таким образом, в полном захвате периферии и превращении местных форм труда в форму капиталистического наемного труда, полной пролетаризации населения. «Если это состояние достигнуто, то вступает в силу марксова схема: накопление, т. е. дальнейшая экспансия капитала, становится невозможным, капитализм попадает в тупик, он не может больше функционировать в качестве исторического двигателя развития производительных сил, он достигает своей объективной экономической границы» [3], – утверждает Роза Люксембург. Ленин же, напротив, подчеркивал, что в эпоху империализма говорить о некапиталистической периферии не приходится, так как вся ее жизнь подчинена капиталу. И дело тут вовсе не в словах, а в том, как понимать движение капитализма, движение капитала и дальнейшие перспективы социализма как движения по уничтожению существующего положения вещей.