Павел Славский - Ведомый
Кружились брат с сестрой,
Рождённые богами.
Кружились в хищном танце,
Да спутались ногами.
Начавши резво биться.
Надеясь распуститься.
Запутались совсем.
И в силах побороться.
И ведь не обойдется.
Остались, ни с чем.
Равные по силе.
И не осталось "или".
Создали судей.
Семнадцать людей.
Одарены благами.
Стоят перед богами.
По восемь в сторонах.
Один, не при делах.
"Чего не выбираешь?"
"Или не понимаешь?"
Спросили боги вместе.
Ответ: "Равны по чести.
Но есть у меня средство.
Затеем мы игру.
Решившую судьбу,
Что вы решить не в силах.
По факелу вам в руки,
И пусть горят бессмертно.
Вы спрячьте их подальше,
Но, чтоб нашел их смелый.
Чей факел будет найден.
Тот бог и проиграет.
Лишится своей силы,
И будет поглощен."
И боги согласились.
Спрятали светила.
А мудрецу сказали,
"Следи теперь за всем…"
***
– Вот и ужин. – Сказал Хокка, заметив зайца.
И тут же, вокруг него и его добычи образовался барьер. Это привычное дело. Так велели боги. Единственное с чем эти двое согласились, это правила. "Как только, кто-то поимеет намерение сразиться – начинается поединок."
– Если я начну. Ты точно не уйдешь. – Обратился мужчина к животине.
В ответ, пушистый только пошевелил носом с длинными, белыми усами.
С неба, между Хоккой и зайцем упала монета. Гравировкой щита вверх. И это значило, что первый ход был за зайцем. На другой стороне монеты был изображён меч. И если бы выпал он, ход был бы за мужчиной. Ведь начал этот бой именно он.
– Дерьмо, дерьмо, дерьмо. – Ругался Хокка.
Он подстрелил уже много разной дичи, но и много упустил. И что будет дальше, ему известно. Если бы начинал он, то решил бы все на своем ходу, одной стрелой. Но ходит не он. И сейчас заяц спрячется, и активирует способность к побегу. Так и произошло. Заяц, не долго думая, побежал прятаться в ближайшие кусты.
– Ах ты наглое животное. – Хокка поставил корзинку с грибами, снял с плеча лук, достал из колчана на спине стрелу и натянув тетиву, прицелился в кусты. – И кому из нас повезет? – Опыт подсказывал мужчине кому. Он не первый раз в такой ситуации. И выйти победителем ему удавалось только в каждой четвертой.
Стрела сорвалась в полет. Она вошла в кусты, пробивая встречающуюся на пути листву. И закончила свой путь глухим, еле слышным звуком. Барьер тут же начал рассыпаться, а его осколки исчезали, только коснувшись земли.
– Похоже сегодня мне везёт. – Не скрывая улыбки, сказал Хокка. – Но, надо заканчивать говорить с самим собой.
Охотник закинул лук обратно на плечо, взял корзину и неспешно побрел в кусты, за тушкой зайца. Стрела попала прямо в глаз животного. Губы Хокки расплылись в еще большей улыбке. Шкура не испорчена. А значит, он сможет сшить из нее отличную шапку, или воротник. И дорого продать, когда к ним в деревню зайдет очередной торговец. Хокка отправился домой. Он неспешно шел по знакомому лесу. Смотрел на рыжее, закатное солнце, что запускало лучи между деревьев. И думал, как обменяет в трактире тушку зайца на горячий ужин и прохладное пиво. Такая у него жизнь. Охота и собирательство в погожий день. Выделка кожи в ненастный. А в свободное время он любил лежать на крыше своего ветхого домишки, половину которого он сдал старухе с внуком, в обмен на уборку и часть урожая с грядок. Да любоваться на облака. А когда и это надоедало резал из дерева.
Так, погруженный в свои мысли Хокка и не заметил, как споткнулся о корень и упал во влажный мох, ударившись обо что-то твердое подбородком. Он перевернулся на спину и смотрел на крону дерева, поглаживая место удара. Хокка достаточно ловкий, и такие неуклюжести случаются с ним очень редко. Поэтому он долго смотрел вверх раздумывая, как можно было в родном лесу запнуться о корень, да еще и так нелепо упасть. Хокка начал водить рукой в поисках места о которое ушибся. И, спустя несколько секунд прощупывания мягкого мха, рука наконец уперлась во что то твердое.
– Камень? – Подумал Хокка, и тяжело вздохнул. – Что-же… Раз ты победил меня возьму тебя домой. Будешь дверь подпирать или соленья прижимать. Нечего такому грозному камню без дела прозябать под мхом.