Вера Харенко - В тени золотого тельца
Глава 1
–Поль, Mon cher, -назвав его на французский манер, миниатюрная блондинка, в стиле Барби, на высоченных каблуках, с собачкой породы чихуахуа, стояла на кухне ресторана ¨Забавная еда¨, сморщив свой остренький носик, потому что ей “фи, невкусно пахло рыбой», и капризно отчитывала повара:– Вчера ты обещать заботить о мой малыш, но не ходить за ним. Ты забыть? Скоро лететь в самолёт, а я ходить и ходить по городе, чтобы пристроил этот пупс. -Забирать, сейчас же, –сказала девушка, и протянув дрожащую собачку повару, натянуто улыбнулась кухонному персоналу. Случайно став свидетелями скандала, Двое мужчин в высоких поварских колпаках и полная женщина в выстиранном халате и широких резиновых перчатках, тут же отошли подальше от влюблённой парочки, и делая вид что чем-то заняты в том, противоположном углу кухни, с ещё большим любопытством продолжали следить за ходом событий.
–Ты чокнулась, меня и отсюда уволят,– отшатнулся от неё Поль, спрятав руки за спину.
–И не сметь оставлять Лексус одного в квартира, он много плакать.
Не дожидаясь следующего протеста в ответ, блондинка поцеловала на прощанье собачку прямо в нос, посадила её на высокий разделочный стол, почему-то единственное, ещё не заваленное продуктами место на кухне , и накинув поводок на сияющий крюк больших весов, висевших над столом, решительно пошла к двери, вслух повторяя по-французски одно не очень хорошее слово.
– Я не могу держать его на кухне целый день,– как ребёнок прохныкал Поль, схватил чихуа подмышку, и пока на скандал не обратил внимание хозяин, находившийся в этот момент в зале, побежал к выходу, надеясь догнать отъезжающее такси.
– Вот же ведьма. Всегда выходит как она хочет!,– думал он, когда налетел в дверях на входившую в ресторан темноволосую девушку, в легком цветастом пальто, столкнувшись с которой, чуть не задавил собаку. У девушки были очень выразительные глаза, не большие и не черные, и не как у рисованных персонажей аниме, а просто, сами по себе, сразу выделялись на лице. И она была бы даже в его вкусе, если бы не модная стрижка. Поль как-то всегда отдавал предпочтение женщинам с длинными волосами.
–Чёрт, чёрт, чёрт! Моя маленькая француженка -настоящая чертова ведьма. Но зато какие у нее ноги…-Поль встряхнул головой.
–Не надо было соглашаться. Всё из-за тебя, гадкая зверюга,– озираясь по сторонам, Поль злился и от злости прижимал к себе Лексуса всё сильнее, пока тот не начал поскуливать.
Ни такси, ни узкой мощённой улицы, ни ресторана за спиной не было в помине, только короткая трава под ногами, выжженная палящим солнцем. Он одиноко стоял на равнине, напоминающей уже съеденное кем-то пастбище. Вдалеке виднелись невысокие, такие же лысые сопки. Нарушал этот однотонный сухой пейзаж, лесок, начинающийся в стороне метрах в двухстах от него. Через редкие деревья можно было разглядеть гигантскую корзину с очень высокой ручкой, как будто бы великан пришёл за грибами, и забыл её тут. Солнечные лучи стали безжалостно жечь Полю затылок и он поспешил укрыться в тени деревьев. Подойдя ближе, он увидел, что к корзине, на длинной тонкой верёвочке, за ногу, была привязана птица, похожая на индейку, которая копошилась клювом в насыпанном на землю корме. Птиц,а не обратив на него никакого внимания, продолжала клевать крупные зёрна. На всякий случай, Поль решил к индейке близко не подходить, а перегнулся через крепкий край корзины, и не стесняясь, одной рукой пошарил под одеялом, лежавшем на полу, найдя там верёвку и немного еды в картонной коробке. Увидев коробку, Поль содрогнулся, сдавив Лексуса, всё время сидевшего на руке и прячущего морду у него под мышкой, от чего собака взвизгнула человеческим голосом, а точнее, как показалось Полю, даже с лёгким французским акцентом. Обычная белая коробка была точь в точь, как от пары туфель , которые вчера его мадемуазель купила с ним в бутике недалеко от дома. Чуть позже, случился скандал с очередным битьём посуды, и одеванием этой самой коробки ему на голову, за то, что он "сметь клеить" такую страшненькую продавщицу. Хотя продавщица не была страшненькой, можно сказать даже была милой… Вспоминая и не переставая злиться, Поль вытащил из злополучной коробки самое большое яблоко, сел под дерево, и наконец отпустив Лексуса побегать, просто стал ждать.