Евгения Грозд - Тортоделка. Горечь карамели
Пролог
Сидя на переднем сиденье полицейской машины, нервно сжимал и разжимал кулаки. Сумерки постепенно опустились на город и заметное осеннее похолодание пробирало до костей.
На сегодняшнем семейном торжестве моя любимая была самой прекрасной женщиной на земле. Бордовое платье на тоненьких бретельках, тёмные, как смоль длинные волосы мягкими волнами спускались по плечам, обрамляя милое сердцу лицо. Немаленький живот, в котором рос наш малыш, нисколько не портил столь прекрасный образ. Счастливые любящие глаза говорили, что их владелица наконец простила меня и вновь готова встать со мной рука об руку, подарить новую жизнь, семью.
Жестокая реальность рассеяла блаженство тех минут, и божественная родная красота до одури нужной мне женщины рисковала теперь остаться последним воспоминанием.
— Вызов поступил с этого адреса. Местный алкаш видел, как полураздетую беременную женщину вела рыжеволосая особа. Свидетелю показалось, что у рыжей был пистолет.
Следователь, я и мой лучший друг Антон сосредоточенно вглядывались в окна обыкновенной трущобы. Старый дом, видимо, ещё сталинских времен, с давно облупившейся фасадной краской, разваленной подъездной лестницей и деревянной дверью, сплошь обклеенной рекламными листовками. Скамья с единственной выжившей рейкой плачевно пригибалась к земле.
Ворот рубашки душил, а тело непрестанно дёргалось. Вылез из машины. Пятиэтажное здание, судя по планировке, имело в каждом подъезде минимум по пятнадцать квартир.
В какой же мне искать тебя?!
Лёгкие сжимались от нервного возбуждения и морозного воздуха, пока страх ледяной хваткой блокировал глотку, мешая дышать.
Дикий женский крик и звук выстрела выбили из меня дух, сорвав с места. Рванул в подъезд и устремился вверх по лестнице. Слышал за спиной бег следователя Тохи. До боли в голове вслушивался в квартиры, пытаясь уличить намёк на искомое. На уровне третьего этажа увидел ту, что когда-то любил больше всего на свете, а теперь до безумия ненавижу. Рыжие волосы контрастировали с её бледном лицом, безумный взгляд требовал внимания, а сумасшедший оскал холодил душу. В руке девушки пистолет готовый сделать очередной выстрел.
Она давно сошла с ума. Почему же отказывался заметить это раньше? Тогда я бы мог всё предотвратить!
— Лика, где она? Что ты сделала? — жестом велел напарникам оставаться позади, сам же осторожно двинулся на девушку.
— Она умрёт, да? Я случайно в неё попала, — лицо рыжей озарила сумасшедшая улыбка. — Но она ведь ещё успеет родить нашего малыша, да? Мы с тобой так этого хотели, помнишь?! У нас будет ребёночек... Она родит его для нас!
— Конечно, дорогая, — понял, что лучше всего подыграть ей. Ещё пара осторожных шагов вверх по лестнице. — Мы станем родителями. Только она не сможет сама родить. Нужна помощь врача. Понимаешь, любимая?! — снова шаг.
— Ты правда любишь меня? — капризный напряжённый взгляд стеклянных глаз.
— Люблю, глупышка... Всегда любил.
Ещё шаг. Лика радостно засмеялась, пустив по щекам слёзы.
— Мы теперь всегда будем вместе. Где наш малыш? Давай найдём его, — говорил, как с маленькой девочкой, но действовало.
— Четырнадцатая квартира… Там, — доверчиво проронила она.
— Я так люблю тебя, — последний шаг и протягиваю к ней руки. — Иди ко мне.
Девушка блаженно шагнула на встречу и утонула в моих объятиях. В две секунды обезоружил опасную руку и, скрутив сумасшедшую, передал следователю. Её визги ненависти и проклятия меня не интересовали. В несколько прыжков добрался до указанной квартиры и влетел в приоткрытую дверь.
Прямо в коридоре на полу, обняв руками живот, лежала мать моего ребёнка. В груди зияло пулевое отверстие, а сочащаяся из него кровь окрашивала платье в чёрный цвет.
— Родная?! Нет, нет... — в ужасе рухнул возле неё и обхватил любимое лицо руками. — Где скорая? — гаркнул на друга, делая первые попытки зажать чудовищную рану.