Ирина Курамшина - Тесный мир. Сборник рассказов
Тесный мир
Все мы хотя бы один раз в жизни сталкивались с очень известным бытовым явлением – «мир тесен». А потом в сочных красках рассказывали знакомым историю встречи на другом конце мира/города/области человека, который совершенно точно никак не мог оказаться в одном месте с вами. Но ведь оказался же! Я долго думала про вот такие случайные встречи, сопоставляла рассказы многих людей, задавала наводящие вопросы и пришла к выводу: случайности в таких ситуациях и рядом не стояли. Мы материализуем свои мысли. Хотя бы одна из сторон думала накануне про вторую, а чаще думали друг про друга обе стороны. И наши мысли рано или поздно обретали вполне реальные формы.
Моя приятельница Ольга (имя по некоторым соображениям изменено), будучи замужней дамой, долгие годы встречалась с молодым человеком. Влюбленные шифровались, скитались по гостиницам и съемным квартирам. Во избежание столкновений с кем-то из родных или знакомых нигде и никогда не появлялись вместе. Муж приятельницы был суров и очень ревнив. Любовь любовью, а потерять достаток и семейное благополучие в планы женщины не входило. Однако прогуляться на виду у изумленной публики в обнимку с парнем младше на пару десятков годков хотелось очень даже. И вот спустя несколько лет тайных встреч парочка решилась на поездку за границу. Выбрали, как водится у влюбленных, романтичный Париж. Точно не помню, но мужу Ольга наплела что-то о срочном лечении. Очень убедительно наплела – отпустил ее одну, и случилось это впервые. Обычно супруги отдыхали лишь вместе. Во Францию голубки летели разными рейсами, поселились в разных отелях неподалеку друг от друга, буквально на одной улице рядом с площадью Шарля де Голля, но жить стали в одном номере, у молодого человека. Номер был не из дешевых, с помпезной мебелью XVIII века, тяжелыми позолоченными портьерами, зато с видом на площадь Звезды (второе имя все той же площади Шарля де Голля) и Триумфальную арку. Но может ли быть счет деньгам, если рядом милый друг? За все платил не ведающий того богатый муж Ольги.
В свой отель моя приятельница наведывалась лишь раз в день – ее педантичный супруг придерживался некоторых правил и требовал ежедневной телефонной аудиенции в строго определенное время. Он долго и нудно выспрашивал про лечение, сам рассказывал о своих проблемах на работе, до которых Ольге не было никакого дела, жаловался на своего заместителя, бросившего его в трудную минуту и умчавшегося по непонятной надобности в неизвестном направлении. Женщина отчитывалась перед мужем, подыгрывала супругу, ругая не только заместителя, но и всех нерадивых подчиненных, и тут же неслась к возлюбленному.
Несколько первых дней они практически не вылезали из номера, что поделать – привычка. Но потом освоились, стали много гулять. Воздух Парижа пьянил, подталкивал на шалости. Парочка совершенно очумевших русских не обращала внимания на прохожих, сливаясь в долгих поцелуях в самых не подходящих для этого местах. Впрочем, парижанам не привыкать к подобному, да и кому какое дело до того, что какие-то сумасшедшие целуются посреди проезжей части? Если только полицейскому?
В один из вечеров влюбленные устроились на открытой террасе прославленного ресторана «La Fermette Marbeuf 1900» на Елисейских Полях. Ольге хотелось доставить удовольствие своему кавалеру (как я уже упоминала, платила она, а вернее ее муж), знала, что друг обожает зеленый цвет. А интерьер ресторана был как раз сочных природных оттенков, витражи, стеклянный расписной потолок в стиле Ар-Нуво, само убранство помещения выглядели восхитительно. Великолепный внутренний купольный зал, отделанный изразцами, парочку не прельстил – стояла июльская жара, в зале было несколько душновато. Куда приятней посидеть на свежем, пусть и теплом, воздухе. Кованые кресла на улице с мягкими удобными сиденьями, чистые до зеркального блеска столики, запахи экзотических цветов повсюду, в каждом уголке, в любой мало-мальской нише и негромкая, ласкающая слух музыка – все располагало к уединению пар.