Наталья Касимцева - Тамара. Я не буду часто креститься, чтобы Бог не подумал, что я просто машу руками
Посвящается маме
encoding and publishing house
– Я не буду слишком часто креститься, чтобы Бог не подумал, что я просто машу руками. – сказала мама.
– Ты в меня веришь? – спросил меня Бог.
– Да. Я в тебя верю. – ответила я.
– А ты в меня веришь? – спросила я Бога.
– Да. Я в тебя верю, Наташа. – ответил Бог.
– Не обижайся на меня. – сказал мне Бог.
– Ты на меня тоже. – сказала я Богу.
Я люблю тебя…
Я буду любить тебя….. во всех временах разговорной речи, на всех языках: человеческом, птичьем, инопланетянском, Божьем….. Как матери любимого ребёнка; как ребёнок маму; как 13-летние девочки любят кумиров; как кошки своих котят, защищая от собак; как собаки слепых щенков, которых несут топить в ближайшую реку; как дикие звери своих детенышей; как отец, прооравший слоном на весь город у гроба сына; как тигры в клетках, цирках и передвижных зоопарках несбыточную волю; как все рабы и крепостные мира всех веков, несбыточную вольную; как корчащиеся от боли лежачие укол морфия; как Маленький Принц свою Розу; как Маяковский Лилю Брик; как горбун Эсмеральду; как дети в детских домах, ища в каждой маму… болезненно, светло… отчаянно, неуговариваемо… – нет любви сильней моей к тебе…., мама,…… «мне кажется». Ты всегда советовала добавлять фразу: «Это мое сугубо личное мнение». «Человек с абсолютным мнением», – говорила ты.
Я купила и не надевала это платье для тебя. Теперь им можно мыть пол.
– Как вы можете любить футбол? Вам бы любить искусство, – сказал друг.
– Где талант – там и искусство, – ответила мама.
– Мне нравится песня Стинга …
– Какая? Напой.
– Нет, не буду…
– Почему?
– Ну, потому что как Стинг я не запою, а все остальное – стыдно. – ответила мама.
Уж лучше плакать про мужчину, чем на похоронах.
Я, видишь ли…. несу по жизни Крест более тяжелый, чем любовный…
У молоденьких девочек и совсем взрослых
Все стихи, песни, творчество, посты, слезы
Крутятся в районе жопы.
Их цель до мужчины не перебивают ни дети, ни родители, ни война.
Я искренне завидую таким женщинам.
И… презираю.
Я сижу над могилой…
У кровати единственного друга,
Приговорённого врачами к летальному исходу.
Я написала, что у меня сердце защемило.
Мне все ответили: «Наверное, меняется погода…»
Тамара – моя мама.
Она и есть – моя семья.
Наша семья, с некоторых пор очень маленькая, – только мама и я.
В детстве мама и папа меня очень любили.
Я даже чай сама не сладИла.
Когда мне наливали чай, я за стол садилась
И спрашивала:
– А он слаженный?
– Слаженный!
– А мешанный?
– Мешаный!
Окружающих это страшно бесило.
Они не поняли, что это мило.
Меня не баловали.
Меня любили.
Когда моя бабушка умирала,
и у нее не было силы даже сесть на край кровати, я готовила ей на кухне чай наполовину с молоком и слезами, приподнимала ее голову над подушкой и говорила:
– Он слаженный…, мешанный…
Я ее не дохаживала.
Я ее любила…
В 20 лет я окончила институт с Красным дипломом,
Таким красным, как кофточка на мне сегодня.
Для получения красного диплома общий процент пятерок за все годы обучения должен составлять не мене 75 %. Это нижняя граница! У меня же процент пятерок был 100 %. Ну, в смысле, у меня не было даже ни одной четверки.
Красный, кстати, люблю не я одна.
Красный – Шанель называла его "цвет жизни и цвет крови".
Люк Бессон специально переснял историю Красной Шапочки.
Ну, и «Красная армия всех сильней»…)
– Вот смотри – Вера Холодная, а я теплая.
Дитер Болен, а ты здоров.
Но ты любишь Веру, которая Холодная.
А я люблю Дитера, который Болен.
Когда люди страдают от любви, значит, у них нет более существенных проблем в жизни. Классно… Их души терзают мысли о чьем-то половом органе и мечты ослюнявить чужой рот…
Знаешь, Иисус сказал: «Что делаешь, делай скорее». После чего Иуда вышел и предал его, за 30 серебряников. За 30 серебряников предал… Да ну, нафиг…. А я не предам тебя ни за какие… Ни за какие…