Симона Вилар - Светорада Медовая
Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», 2011
© Гавриленко Н., 2008
© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», издание на русском языке, 2008, 2011
© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», художественное оформление, 2008
ISBN 978-966-14-1585-9 (fb2)
Никакая часть данного издания не может быть скопирована или воспроизведена в любой форме без письменного разрешения издательства
Электронная версия создана по изданию:
Вилар Симона
В44 Светорада Медовая [Текст]. – Харьков: Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга»; Белгород: ООО «Книжный клуб “Клуб семейного досуга”, 2008. – 608 с.
ISBN 978-966-343-946-4 (Украина).
ISBN 978-5-9910-0414-5 (Россия).
ББК 84.4УКР
Глава 1
Два одомашненных лося были впряжены один за другим в санный возок и ходко бежали по тропе, вьющейся среди сугробов. Молодой мерянин[1] Кима правил ими, привалившись к накрытым рогожей кадкам с липовым медом. Он пел, пел весело и довольно обо всем, что видел вокруг:
Мерянин Кима вез дань от селения бортников в град Ростов, располагавшийся на берегу озера Неро. Выехал он поутру в погожий снежный день на исходе зимы и вез как общинный мед – положенную дань, – так и пару своих кадок – но уже на продажу. Оттого настроение у Кимы было преотличное. И как не радоваться жизни в такой светлый день, когда свежевыпавший снег блестит, когда ветра нет, сани просто летят, а от бегущих разгоряченных лосей валит пар.
Кима улыбался. Лицо молодого мерянина разрумянилось от легкого морозца, на белесые брови из-под меховой шапки упала светлая прядь, а серые, чуть раскосые глаза задорно блестели. У него были широкие, как у большинства мерян, скулы, а вот нос – уточкой, славянский.
Санная дорога пролегала между сугробами, но по мере приближения к заледенелой ленте реки делала резкий поворот, и отсюда, с пригорка, вид на заснеженную реку открывался во всю ширь. Кима сначала немного сдержал бег лосей, чтобы те ненароком не опрокинули возок при повороте, а потом и вовсе натянул вожжи, останавливаясь. Ибо на другом берегу реки он неожиданно увидел одинокого путника на лыжах.
Будь Кима без поклажи, случайный встречный его бы не взволновал, но теперь, когда он вез товар, встреча с незнакомцем могла сулить что угодно. Однако тот был еще далеко, и Кима только смотрел, как лыжник пригнулся, лихо скатился по заснеженному склону, перескочил через холм и прыжком выехал на лед, быстро развернувшись, – только снег из-под лыж полетел.
«Ишь ловкач», – подумал мерянин, сдвигая на затылок свой волчий треух. Лыжник тоже его заметил, помахал рукой. Жест был приветный, но все одно на пути к Ростову можно было встретить и лихих людей, поэтому Кима потянулся к лежавшей за спиной рогатине. И тут рядом неожиданно прозвучало:
– Тсс! Рогатину-то оставь!
От неожиданности мерянин даже икнул, а потом лишь глядел на возникшего из-под лап заснеженной ели второго незнакомца. Тот появился бесшумно, только снег осыпался с еловых веток. Лыжник был вооружен луком с наложенной на тетиву стрелой, и стрела эта смотрела в аккурат на Киму.
– Говорю же, не бери. Но и не страшись. Зла тебе не сделаем.
Хорошо так говорить – «зла не сделаем». А отчего ж тогда разделились? Отчего, пока первый путник отвлекал Киму своими скачками по склону, другой притаился под еловыми лапами у дороги, да еще с оружием? Мерянин покосился на покрытые снегом заросли, ожидая, что вот-вот появится еще кто-нибудь из татей[2]. Но не появились. Однако и этот с луком смотрелся опасно: плечистый, в рысьем полушубке, перетянутом ремнем, из-за плеча выглядывает рукоять меча, а само лицо незнакомца хоть и молодое, но строгое: темные брови нахмурены под куньим мехом шапки, а синие глаза смотрят с недобрым прищуром. Ну и стрела на тетиве. Так добрые люди к путникам не подступают. Потому-то Кима и был напряжен, а рука в варежке все равно медленно подбиралась к рогатине, которая совсем рядом была – взять бы в захват и… Но синеглазый тать движение мерянина заметил, укоризненно поцокал языком, даже головой покачал, осуждая. Ах, леший его возьми!