Рада Яръ - Стрекот кузнечика: встреча с ночным миром
Том первый «Стрекот кузнечика»
Владей собой среди толпы смятенной,
Тебя клянущей за смятенье всех.
Верь сам в себя наперекор вселенной
И маловерам отпусти их грех…
Р. Киплинг
Часть первая
Предисловие
Трое. Возле белой статуи сфинкса обсуждали вчерашнее происшествие:
– Думаешь, он вправду может летать?
– Да ну, Валя, враки, фокусы. Это нам померещилось. Или, может, он к тросу был привязан, а мы не разглядели.
– Но он ведь спрыгнул с третьего этажа и остался жив. Я сам видел, Олег. А ты что думаешь, Женя?
Женя, а именно Евгений Винницкий, самый старший из друзей, в этот воскресный день не был склонен к болтовне. Он облокотился на постамент и позволил полуденному солнцу разморить его до полного отсутствия мыслей, приятная нега разлилась по всему телу.
– Конец августа, а всё ещё так жарко, давайте искупаемся, – сказал Женя.
Валя, он же Валентин Моряк, стройный высокий юноша, укрылся в небольшом гроте под статуей сфинкса, прохладный ветерок бился прямо в грудь и лицо. Жары он не чувствовал, и до речки полтора километра идти не хотелось, и, как обычно, он ждал, что решит большинство. Он вопросительно посмотрел на Олега, тот кивнул, и вся троица двинулась по направлению к речке.
В парке, вокруг давно не работающего фонтана, прогуливались мамочки с колясками, дети забирались на бортик и, смеясь, бегали по кругу, догоняя друг друга.
Никто не обратил внимания на девочку-подростка, что скользнула, как тень, за вышеуказанным трио.
– Ух, жарища третью неделю кряду. Да, охлонуться сейчас было бы самое то, – сказал Олег. – И всё же, что ты думаешь про вчерашнее, Олег?
Олег Бережнов, пухленький мальчик с миловидным лицом, был на три-четыре года младше своих товарищей, но его весёлый нрав и задор, а также готовность всегда прийти на помощь и поддержать любую задумку своих товарищей настолько сроднили их, что друзья, несколько лет как окончившие школу, всё равно не мыслили проводить своё свободное время без него.
Валентин Моряк учился на юридическом факультете в МГУ им. Ломоносова, а Евгений прошёл обучение на курсах по программированию и сейчас уже владел маленьким офисом по ремонту компьютеров и офисной техники возле дома в Подмосковье.
– «С точки зрения банальной эрудиции, каждый индивидуум, цинизм помыслов которого ассоциирует концепции парадоксальных иллюзий»>* (Кант), – рассуждал Евгений. – То, что мы видели вчера, – естественный результат принятого нами спиртного коллажа; возлияния не остались незамеченными нашим организмом – и это должен знать каждый индивид.
Валентин шутливо двинул другу в челюсть.
– Однако ничто не помешает тебе, Валентин, напечатать статью в какую-нибудь газетёнку в качестве практики, – улыбнулся Евгений.
Они с Олегом уже привыкли к пафосным шуткам Жени и хотели скинуть его в воду, но вдруг застыли на месте.
– Я бы попросила вас не делать этого, – перед ними стояла девушка, та самая, что вчера они видели на крыше.
Накануне друзья решили пострелять по банкам и выбрали для этого развлечения парк, где большой трёхэтажный дом-усадьба ещё царской застройки, почти развалившийся, соединялся рядом колонн по обеим сторонам с более низкими постройками. На постаменте одной из колоннад они установили с десяток пустых банок и уже решили пострелять, как вдруг заметили на крыше девушку, тринадцатилетнего подростка, которая, сидя на краешке, болтала ногами.
– Ты можешь парить, не бойся. Всё произойдет само собой, – убеждала она высокого молодого человека, на вид немногим старше двадцати, но взгляд его раскосых глаз бывал так суров, что добавлял юному красавцу с десяток лет.
– Ты просто шагни вперёд, не торопясь, а твоё тело само всё сделает.
И действительно, когда тот шагнул с крыши, тело парня спокойно и плавно, хотя и несколько неуклюже опустилось на землю. В полёте темноглазый юноша, со слегка раскосым разрезом глаз размахивал руками, пытаясь найти точку опоры, и, не найдя её, плавно опустился на пятую точку прямо на траву перед зданием. Однако это не помешало ему увидеть наше трио, стоящее под деревом.