Галина Севергина - Справка о реабилитации
© Галина Ивановна Севергина, 2020
ISBN 978-5-0050-4004-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Я, решила рассказать историю моей семьи, которая корнями уходит в 18 век. Вся история моей семьи протекала на территории Западной Сибири, сегодня это Алтайский край, Новосибирская и Томская области.
Жизнь непредсказуема. Мне уже 64 года. Материалы я непроизвольно собирала практически всю жизнь с раннего детства. Некоторое время назад я поняла, что если не начну записывать, могу растерять свои знания. Я решила, что просто обязана поделиться этими знаниями со всей своей семьей, чтобы дети и внуки имели представление о своих корнях.
Собирая эти материалы, и активно пользуясь интернетом, я начала составлять генеалогическое древо своей семьи. На сегодня оно насчитывает около 250 имен, но я продолжаю работать над ним. И коль все это уже есть, это должно стать достоянием всей семьи.
Я последняя в роду Дементьевых, кто может это сделать.
Возможно, кому-то попадет в руки эта история, и вы тоже соберете сведения о своих предках и составите генеалогические древо своей семьи. А коль так, желаю всем удачи!
Хочу прежде, чем я приступлю к главному повествованию, принести свои извинения моим предкам за неточности и за то, что кое-что пришлось домыслить. Простите меня, я вас очень люблю!
Светлая память всем россиянам, пострадавшим
от политических репрессий…
Предисловие
Семья деда была репрессирована в соответствии с Постановлением Политбюро ЦК ВКП (б) от 30 января 1930 года «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районе сплошной коллективизации».
Я несколько лет вынашивала идею написать эту историю о моих предках, а именно про моего деда по материнской линии Дементьеве Борисе Степановиче. Эта тема меня волновала и интересовала одновременно. Я много разговаривала об этом с моими родственниками – старшими сестрами моей мамы с Липатовой Евдокией Борисовной, (Дементьевой в девичестве) 1907 года рождения, и с Вяткиной Марией Борисовной (Дементьевой в девичестве), 1915 года рождения, с мамой Севергиной Таисьей Борисовной (Дементьевой в девичестве), 1926 года рождения.
Будучи уже взрослой, приезжая в командировку в город Томск, где жила моя тетя Дуня, я останавливалась у нее и ночи напролет слушала рассказы об их жизни в родовом селе Шипуново (ныне Новосибирская область), о семье, о жизненном укладе того времени, о раскулачивании семьи, о переселении на север Томской области. Я впитывала эти рассказы, тогда еще не зная, что захочу все это изложить на бумаге.
А в раннем детстве, лет семи от роду мне с моей бабушкой Дементьевой Александрой Степановной, 1888 года рождения, урожденной Мелешкиной (Степиной по первому браку) довелось побывать на родине семьи Дементьевых-Мелешкиных. Летом 1962 года мы приехали в село Шипуново Сузунского района Новосибирской области, где жила дочь моей бабушки от первого брака Вера Степановна Зенина (Степина в девичестве), 1913 года рождения, с мужем Петром и двумя сыновьями, примерно восемнадцати-двадцати лет. Бабушка овдовела, ее муж Степин Степан Степанович погиб на фронтах первой Мировой войны. А бабушка вместе с дочерью Верой жили вдвоем в селе Шипуново неподалеку от церкви Вознесения Господня.
В этой поездке мне посчастливилось познакомиться с младшей сестрой моего деда Дементьевой Марией Степановной, которая всю жизнь прожила в одиночестве, никогда не выходила замуж. Ей было приблизительно лет семьдесят, она была скорая на руку, и очень гостеприимная. Бабушка Мария жила в маленьком чистеньком ухоженном домике на невысоком бугорке. Чисто намытый пол был устелен домоткаными дорожками, которые ткали в ту пору почти во всех деревенских домах.
Я помню у моей бабушки Шуры стоял станок, на котором она ткала такие дорожки. А предварительно была подготовка: собирали старые вещи, резали их на полоски, шириной приблизительно 1—1,5 см, сматывали в пасмы и красили анилиновыми красками. Затем сушили и сматывали в клубки. Я очень хорошо помню этот процесс, так как в нем тоже принимала посильное участие. И даже пробовала ткать, конечно же, под руководством бабушки. Эти дорожки до сих пор сохранились в семье моего старшего брата.