Татьяна Василевская - Снежные великаны
Чтобы идти вперед, нужно найти в себе силы отпустить прошлое.
Не забыть о нем, а просто продолжать путь, не оглядываясь.
Проклятые горы
В самом сердце Алметинских гор, в недоступных, занесенных вечными снегами долинах, расположилось несколько небольших селений. Приземистые домики, построенные из обломков скал, стоят посреди белоснежных снегов уже несколько столетий. Каменные стены сложены крепко, куски камня тщательно подогнаны один к другому, чтобы ни ледяным ветрам, ни страшным метелям, налетающим долгими лютыми зимами на горные долины, ни диким зверям, изредка забредающим в эти места в поисках пищи, не под силу было разрушить их и подобраться к обитающим в них людям. Жизнь в этих краях суровая. Большую часть времени долины сковывает холод, такой сильный, что кажется, сказанное слово замерзает, звеня как льдинка, посреди прозрачной морозной тишины, нарушаемой лишь изредка человеком, зверем или звуком падающих камней и снега в горах. Порой с вершин неприступных скал сходят снежные лавины, и тогда замерзшая земля содрогается, толстые пласты твердого, как камень снега, разламываются, образуя глубокие трещины с острыми, рваными краями. Беда тому, кто попадет под сходящий с гор снежный поток. Выбраться из-под обрушившейся холодной белой массы почти невозможно. Вперемежку со снегом стремительно летят, увлекаемые им, огромные камни, сметая, ломая и погребая под собой все, что встретилось на пути. Жители горных селений считают, что это Великий создатель всего мироздания Оил, сердится и стучит своим посохом по небесному своду, и от того горы начинают дрожать, и их снежные шапки падают с каменных голов вниз.
В этом суровом краю лето быстротечное и холодное, и оно лишь немногим теплее долгой зимы. Едва-едва подтает снег на открытых солнечным лучам участках долины, проглянет на проталинах жесткая, буро-зеленая трава, раскроют свои бутоны белые и лиловые горные цветы, как уже снова налетают снежные метели, и вновь, едва ожившую землю, сковывает страшный холод, укрывает белое толстое покрывало снега. Выращивать, что-то в этих местах или прокормить скот, успевшей пробиться из-под снега, чахлой травой невозможно. Взрослые мужчины, живущие в селеньях, несколько раз в год спускаются «в низовья», запасают дрова ,сено, обменивают шкуры горных быков и коз, а также мягчайшую, тонкую и в тоже время прочную и необыкновенно теплую шерсть, которую прядут женщины их селений, на муку, овощи, одежду.
Предки жителей горных долин пришли сюда не по доброй воле. Много столетий назад, страной, лежащей у подножия Алметинских гор, управлял жестокий, коварный правитель князь Мехтынлар. Он притеснял свой народ до такой степени, что люди умирали от голода и непосильного труда. Никто не мог сказать слова против жадного, злого правителя. Нескончаемые налоги превратили жителей страны в нищих рабов, вынужденных день и ночь гнуть спину, чтобы удовлетворить запросы владыки. Непокорных казнили без долгих разбирательств. Достаточно было сказать неосторожное слово, чтобы встретиться с палачом. Жители нескольких, наиболее притесняемых областей, не в силах выносить больше подобной жизни, подняли бунт и выступили против правителя. Мехтынлар отправил для подавления восстания свои лучшие воинские отряды. Посмевших восстать против власти князя, должны были заковать в кандалы и доставить в столицу, после чего жестоко пытать и казнить на главной площади перед дворцом правителя. Чтобы после жестокой расправы ни у кого из подданных больше не возникало даже мысли противиться своему владыке и пытаться восставать против его методов правления. Но бунтовщики не сдались. Они отважно встретили присланные отряды и вступили с ними в бой. Несмотря на яростное сопротивление, не привыкшие сражаться ремесленники и крестьяне, под натиском воинов, были вынуждены начать отступать. Княжеские отряды жестоко расправлялись, с не желавшими сдаваться бунтовщиками, тесня их все дальше и дальше от родных земель в сторону гор. Большая часть, бросивших вызов власти правителя, погибла во время сражения с войсками князя и последующего отступления. Уцелевшие, понимая, что владыка не успокоится, пока не уничтожит их и их семьи, отступили в горы. Солдаты Мехтынлара преследовали бунтовщиков до границ вечных снегов. Люди, спасающиеся бегством, не имея другой возможности сохранить жизнь, были вынуждены уходить все дальше и дальше вглубь гор. Воины, подгоняемые командирами, с неохотой, но продолжали преследование. И тем и другим, не по душе были холодные мертвые земли, которые к тому же, с давних пор считались проклятыми. Много воинов замерзло в этом походе, провалилось в расщелины, сорвалось с горных склонов. Много спасающихся бегством бунтовщиков погибло также как и воины. Уцелевшая горсточка беглецов, перейдя через почти неприступные снежные перевалы, добралась до одной из долин, где замерзших, умирающих от усталости и голода людей, застала страшная снежная буря. Спасаясь от разбушевавшейся стихии, люди нашли укрытие в пещерах. В конце концов, все они непременно замерзли бы насмерть, но на их счастье, под каменными сводами пещер они обнаружили черные маслянистые камни, которыми кузнецы в их родном краю растапливают свои печи. Много бед и лишений претерпели изгнанники, скрывающиеся в горах. Будь у них хоть малейшая возможность вернуться, возможно, они бы и не смогли вынести всех тягот и испытаний, посланных им судьбой. Но назад дороги не было. Здесь, в горах был страшный холод, отсутствие еды и всего необходимого, но пока человек жив, в нем живет и надежда, он борется, старается изо всех сил выжить в любых условиях. Там, откуда они пришли было все кроме надежды. Там их всех ждала верная смерть. Волей-неволей люди начали приспосабливаться к новым, почти невыносимым условиям жизни. Начали охотиться, чтобы не умереть с голоду, на снежных быков и коз. Как только, с приходом лета, солнце растопило нанесенные за зиму сугробы, изгнанники принялись строить дома, из единственного имеющегося под рукой строительного материала – каменных обломков скал. Едва закончили постройку нескольких жилищ, как снова налетели метели. Лето пронеслось стремительно, дав крошечную передышку, настолько короткую, что измученные, оголодавшие за долгую зиму люди даже не успели хоть немного отойти от страшных морозов, порадоваться, пусть не настоящему теплу, но хотя бы возможности спокойно находиться на открытом воздухе, не чувствуя, как немеет все тело, теряя чувствительность от холода.