Леонид Грунский - Сказка №24. Толик, оставь соседей в покое
Сейчас я расскажу вам удивительную историю, косвенным свидетелем которой я стал.
Было это относительно недавно, но время тут не играет никакой роли. Я только перестал быть студентом, был полон амбиций и желанием свернуть горы. Устроился на интересную, как мне казалось, работу и был отправлен в командировку на полгода в небольшой городишко. Сняли мне достаточно дешёвую комнату с мебелью в старом общежитии на третьем этаже. Дом этот, был окружён новостройками со всех сторон и, как я полагаю, дешевизна и доступность данного жилья определялась расселением и скорым сносом. Но, как меня заверили, полгода в запасе было точно.
Обустроился достаточно быстро. Третий этаж моей комнаты выходил на широкие и всезагораживающие деревья каштана. Старые, уже ветхие рамы окна, всегда были раскрыты у меня настежь и волны свежего осеннего воздуха врывались в комнату, делая работу приятной и совсем необременительной.
Придвинув журнальный столик практически вплотную к кровати (интерьер был достаточно скромен), я обеспечил себе рабочее пространство, заваленное кучей бумаг и отчётов. В шкафу, что стоял слева от входа, повесил и разложил свой скромный, ещё недавно студенческий, гардероб. В принципе, это была и вся мебель, за исключением небольшой настольной лампы, мощностью в шестьдесят ватт, и гитары, которую я отыскал в шкафу. Поскольку играть я не умел, в качестве украшения интерьера, пришлось повесить её на небольшой, торчащий из стены гвоздик, аккурат между кроватью и окном. Привезли мне большой пакет с документами, для проверки, оставили в общем холодильнике продуктов на неделю и удалились мои работодатели. Птички чирикали на улице, вечер был не жаркий и совсем не располагал к работе: «Новый день, новая пища».
Соседи были немногочисленны, многие из них, предвидя переезд, частично, а кто и полностью, съехали. Из ближайших ко мне, остались только вредная тётка, что жила через несколько комнат от меня, как раз напротив кухни и престарелый дядька, явно пенсионного возраста. Вот он как раз и стал главным персонажем этой странной, на первый взгляд, истории.
Многие подробности я узнал позже, как от него, так и лично видя некоторые удивительные вещи. Долго всё собирал в голове и стыковал подробности. Какую-то ясность внесла вредная старушка, участковый и детвора, но обо всём по порядку.
Прошла не первая неделя моей кропотливой бумажной работы. Да, что тут скрывать – уставал, бывало. Поскольку средств развлечения не было, брал даже гитару в руки. Но зная, что толщина стен оставляет желать лучшего, бренчал совсем аккуратно и в половину громкости.
Повесив гитару на положенный гвоздик в стене, принялся в свете настольной лампы разбирать бумаги. До сна оставалось совсем немного времени. В начале я думал, что показалось, но из-за стены доносилось бурчание соседа. Оно становилось громче и чётче буквально с каждым словом. Изредка я улавливал только отдельные слова, но потом начал понимать целые предложения. Дядя Вова, как его звали, отчитывал кого-то, но как бы не всерьёз, будто ребёнка:
– Сколько можно говорить? Ты, если трогаешь вещи, ставь их на место, – тут же что-то сильно ударило в стену. – И не стучи. Я знаю, что тебе нравится шуметь. Но ты пойми, игра игрой, – он постепенно повышал голос. Стуки становились чаще, но громкость их не возрастала. – Ты должен прекратить, ты становишься непослушным! – дядя Вова совсем уж не сдержался и чуть громче сказал последнюю фразу.
В этот момент в моей комнате раздался громкий, звенящий и одновременно глухой удар позади меня. Я резко обернулся – это была гитара. Понятия не имею как, но она сорвалась с этого гвоздя, хотя знал, что она висит очень надёжно. Я успокоился и повесил её на место. Так гитара упала у меня первый раз.
За стеной послышалось громкое:
– Толик, оставь соседей в покое!
Долго не мог взять в толк – что и как произошло. Есть ли взаимосвязь межу словами соседа и грохотом у меня в комнате.