К.О. Релли - Северная река
– Люси, может, лучше ещё палок поискать? По-моему, он и так низкий. Если ему руки короткими сделать, то вообще лилипут выйдет, а ведь мы планировали большого сделать, – причитал Крис.
Люси задумчиво и хмуро смотрела на страшного снеговика прямо перед собой. Сидя на корточках, она поставила руки на колени и подперла ими щёки, размышляя: «Почему у нас ничего не получается? Разве снеговиков так трудно делать? Но Крис прав, только неохота палки идти опять искать, разве что просто оторвать от дерева.» Она ещё посидела. А неплохой вариант.
– Тогда кому-то придётся идти за ними. – Парировала она. – А я не хочу. Кто пойдёт? – И оглядела мальчишек.
– Я хочу. – Уже встал и направился к выходу из двора Ник, но Крис вдруг окликнул его:
– Подожди, один пойдёшь? Можно с тобой?
– Конечно. – По лицу Ника радостно расплылась улыбка, и тот сильно и от этого слегка по-клоунски замахал руками. – Только давай скорей, быстро найдём всё и закончим. – Крис подбежал к нему и оглянулся назад, на Люси.
– Что, одну меня оставите? – Люси немного удивилась, что они вдвоём так быстро решили ретироваться. Она потопала к ним. – Забыли про меня, ишь пошла молодёжь нынче в наше время.
– Молодёжь? А не слишком ли ты мала говорить такие слова, наша маленькая Люсинда? – Пафосно заговорил Ник, встав как столб посреди проспекта, широко поставив ноги и уперев руки в бока. Он запыхтел, надул щёки и стал изображать бабушку Люси, толстенькую ворчливую старушку, которая была единственным человеком, называвшим внучку таким длинным именем.
– Сам ты маленькая Люсинда. Делать тебе нечего, кроме как родственников моих изображать! – Люси деланно разозлилась. Ребята зашумели.
– Может уже, пойдем уже? – Протянул позже Крис. Он стоял между этими двумя, ёрничавшими, как детсадовцы. Бывают времена, когда они делают это слишком часто, хотя именно поэтому те ему нравились.
– Да, сейчас. Только пусть этот китайский болванчик успокоится. – Люси прекратила свои обвинительно-карательные речи в сторону Ника. Тот ещё попыхтел, покряхтел, а когда понял, что эти двое уже не заинтересованы в его выступлении, остановился и затих.
– Идёмте тогда. – И они оставили треклятого снеговика позади, уже забыв про него.
Ребята целыми днями гуляли по дворам своего района, иногда забредая очень далеко и натыкаясь на неизведанные места. Где они не копались? Чёрт их знает. Но это не так уж и важно, потому что то, что они откапывали, всегда было им дорого. Они находили парки, где можно классно проводить время, исследовав которые, можно было найти потеряшки, а может, жильё маленького зверька (муравейники исключаются), что даёт массу возможностей для развлечений. В холодные времена там можно устраивать берлоги. Помимо парков они иногда ходили в магазины игрушек или всяких вещей на все случаи жизни. Ещё они сходили во все ближайшие библиотеки и книжные: чтением очень увлекался Крис, за ним пошла Люси, а потом и Ника привлекли.
Крис был мозгом их компании, помимо библиотек, он сидел в кружке исследователей и ходил с теми в походы. Раньше он устраивал свои одиночные исследования, но потом у него появились Люси и Ник, помощники по совместительству. Любителем спорта была Люси, она ходила на бокс, коньки и баскетбол. На баскетбол с Ником. Кстати, кроме этой секции тот интересовался только шутками, поэтому ходил в школьный кружок юмористов, который минимум раз в месяц устраивал выступления.
На улице уже темнело, порошил снежок. Окна горели цветными фонарями. Дома стояли чернеющими коробками с пятнами света. Прохожие не спешили, пробок не было. Город затих.
– И куда идти? – Озвучил Ник общий вопрос. Ребята задумались и решили найти какой-нибудь новый магазин. Они дошли до местного театра кукол и завернули на какую-то улицу. Там шли наугад и набрели на закуток с несколькими магазинами и азиатским кафе. Закуток выглядел хорошо, а где-то и вообще прекрасно украшенным, с приятной умиротворённой атмосферой. В кафе, похоже, работали настоящие азиаты, если судить по лицам, немного схожим с теми, что из учебника. Они пошли прямо, и шли, и шли мимо лавок, и наткнулись на красно-синий магазин с вывеской «Северная река». Витрины его обрамлены были желтоватым светом лампочек, на окнах написано: «