Оливия Тишинская - Сердце льда
Матушка Вьюга прошлась по спальне, поправила одеялки на девочках. Цветочные кроватки парили над полом, мелодично позванивая, как далёкие хрустальные колокольчики. Конечно, спать никто не хотел, ведь матушка Вьюга вот-вот начнёт рассказывать очередную жутко интересную историю из жизни маленьких волшебниц Розодола.
– Давным-давно, – начала как обычно матушка Вьюга, – когда на свете не было ни вас, ни ваших родителей, ни меня даже, в Розодол пришла зима.
Матушка Вьюга устроилась в кресле, взяла в руки вязание, спицы зашуршали, сливаясь с едва слышным хрустальным звоном в удивительно сказочный и загадочный мотив.
– Чуть поярче, Филя, – попросила она ручного светлячка.
– Урррр, – загудел Филя и задрожал. Света стало больше, правда, не на много.
– Спасибо, дружочек, – сказала матушка Вьюга и погладила Филю.
Филя засиял, закружился в своём подсвечнике-бутоне. Света ещё прибавилось.
– Матушка …и? – раздался голос всегда нетерпеливой Мини.
– Зима пришла как обычно. В свой срок. На землю выпал пушистый снег. Всё искрилось! Лес завалило так, что за дровами было не пройти, ёлки под снегом свесили свои пушистые лапы до самой земли. На краю города у реки горожане устроили настоящий зимний городок: с крепостью, горками для санок, дорожками для лыжни. Каток расчистили прямо на замёрзшей реке. Какое веселье было! Какая радость! Взрослые и дети катались на санках, кружились в танце на льду, а под горкой были накрыты столы с горячим чаем и ягодными пирожками.
Так продолжалось всю зиму. И вот, когда уже не за горами была весна, солнышко должно было растопить лёд и снег, а город готовился к Празднику весенних песен, все вокруг заметили, что зима сдаваться и не собирается. Мороз только крепчал, снег всё валил и валил. Уже никто не спешил в лес с санками и лыжами.
Вот уже и по календарю должна была наступить весна. Оставалось всего три дня. Снегом завалило дома по самые окна. В городе было грустно и пусто. Украсить улицы к празднику Весенних песен не было никакой возможности.
Город ждал прилёта певчих птиц. И вот они прилетели, но бедняжки замерзали на лету. Едва спасали их от холода и голода кормушки, которые развесили на своих окнах добрые горожане.
Праздник весенних песен не состоялся. Пташки через несколько дней снова улетели, а снег всё шёл и шёл.
Однажды утром пекарь Кристоф пришёл к молочнику Феликсу за творогом для ватрушек.
Феликс сидел в своём магазинчике очень грустный и крутил в руках букетик бумажных цветочков. Ими он украшал витрины к Празднику весенних песен.
– Доброго утра, Феликс, – поприветствовал друга пекарь.
– Да какое добро в такую погоду? – грустно ответил молочник.
– Творожка бы мне на ватрушки, Феликс, а я тебе занесу тёплых, как напеку. Вдруг настроение поднимется, – попытался развеселить друга пекарь.
Феликс отвесил пекарю несколько кило свежего пышного творога.
– Занеси что ли, хоть на душе потеплеет. Вот только что дальше делать будем, Кристоф? Если весна не придёт, не будет ни травы для коровок, ни зерна для муки… Вот беда-то…
– Твоя правда, друг. Есть у меня мысль одна. Побегу печь ватрушки, а потом зайду, расскажу!
Через пару часов Кристоф вернулся к молочнику, принёс горячих ватрушек.
– Вот, что я думаю друг, надо обратиться за помощью к нашей волшебнице Гортензии.
– Думаешь, тут без магии не обошлось? – удивился Феликс.
– Думать не думаю, но волшебники всегда видят и знают больше, секреты всякие ведают. Мало ли… – пожал плечами Кристоф. – Никто не помнит, чтоб такое раньше было. А обратиться за советом никогда не стыдно, если сам не знаешь, что делать.
– Ну так чего ждать, пойдём сейчас, – предложил Феликс.
– С радостью! – ответил Кристоф.
Как оказалось, госпожа Гортензия уже ждала гостей. Чайник был горячим, а на столе источал ароматы малиновый пирог.
Феликс и Кристоф ни мало удивились такому приёму. Всё было как-то по-домашнему и совсем не веяло волшебством.