← К описанию

Пётр Радин - Рентген II. Потеря веры



– Поднимаемся, – похлопал меня по щеке один из сотрудников полиции.

– Что случилось, который сейчас час? – открыв глаза, спросил я.

– Начало восьмого, с добрым утром. Но для тебя оно будет не совсем добрым, – наступив на пустую бутылку из-под водки, сказал полицейский. – Ты что тут, глаза залил и решил переночевать? Документы предъяви.

– Я дико извиняюсь. День выдался тяжелый, – пошатнувшись, встаю со скамейки. Оказывается, я спал в городском парке.

– Документы, – настойчиво повторил второй сотрудник.

– Извините, я, кажется, забыл их на работе, – шаря по пустым карманам, ответил я.

– Пройдём с нами.

– Ребят, да вы что? Я работаю тут неподалеку в городской клинической больнице имени Пирогова и живу на соседней улице.

– Идём, вот сейчас всё в отделении и расскажешь, – схватив под руку, сказал полицейский.

– Ну, вы что, мне же на работу надо, – пытаясь освободить руку, сказал я.

– Если будешь дергаться, помимо распития и ночёвки в неположенном месте, ещё добавим сопротивление полиции.

– Хорошо, я пойду с вами, только дайте позвонить.

– Закрой рот, а то от тебя несёт перегаром, блевать хочется.

– Позвоните майору Хромову Дмитрию Сергеевичу из шестого отдела, он подтвердит мою личность и объяснит, что это недоразумение. Я не бездомный и в парке заснул случайно.


Спустя два часа, стоя на крыльце шестого отдела полиции, я выслушал не очень приятные слова:

– Паша, это последний раз, когда я тебя выручаю. Только за этот месяц ты третий раз попадаешь в полицию. Я не могу быть постоянно рядом и присматривать за тобой, как за ребёнком. Бросай пить. Ты этим Иванова не вернёшь, а свою жизнь погубишь.

– Я чувствую свою вину.

– В этом твой вины нет! Полицейский – опасная профессия, находясь на службе, мы каждый день рискуем. Иванов был примерным полицейским, честным, мужественным и отважным. Он был и моим другом, мне также его не хватает, как и тебе. Прошёл уже год, как его нет с нами. Пора взять себя в руки, Паша, и продолжить жить дальше, а не топить горе на дне бутылки.


Городская клиническая больница №1 имени Н. И. Пирогова. Коридор отделения травматологии.

– Иосиф Пантелеймонович, я Богом клянусь, что это опоздание не по моей вине, – оправдывался я.

– Юдин, мне абсолютно плевать, по каким причинам ты опаздываешь или не приходишь на работу. Я устал слушать обвинения и оправдываться перед пациентами, почему у меня не хватает врачей в отделении. Паша, что с тобой случилось? Когда ты только пришёл ко мне, я не мог нарадоваться, что отхватил такого самородка. Хирург-травматолог, ты же был суперзвездой среди нас. Я пророчил тебе ошеломительное будущее, но ты что, решил всё просрать? Только ради уважения к твоим покойным родителям я закрывал глаза на многое. С меня хватит, это была последняя капля, моего терпения больше нет. Ступай в кабинет, на моём столе лежит заявление, подпиши его и можешь быть свободен.

– Но…

–Никаких «но», это окончательное решение. На кого ты стал похож? Выглядишь, как алкаш, грязный, рваный, да ещё несёт от тебя, как от помойки.


Я был подавлен, расстроен, потеря работы окончательно выбивала из колеи. От жуткого похмелья болела голова, тряслись руки, и чтобы снять свой недуг, мне срочно нужно было найти очередную порцию алкоголя или хотя бы таблетку цитрамона. В карманах было пусто. Полицейские выгребли последнюю мелочь из моих карманов. Но, как говорится, надежда умирает последней, и я знал, что перехватить бутылочку пивка можно у моего друга Вадима.


Добрел до его дома, вошёл в подъезд, позвонил, из квартиры донеслось:

– Какого хрена? Кто там повис на звонке?

– Свои, дружище! Открывай дверь, – хриплым голосом, прокричал я.

– Ты же знаешь, что я не на гоночном болиде и быстро открыть дверь не могу. Зачем звонить так долго? – открыв дверь с недовольным лицом, сказал Вадим.

– Вадяс, ну, извини, я думал, что ты не слышишь, вот и прилёг на звонок.

– Проходи, только помоги выехать из коридора, а то эти клетушки не рассчитаны на инвалидные кресла такого габарита.