Зинаида Загранная-Омская - Рассвет после Заката
Тому, кто разочаровался в дружбе…
…и все еще верит в неё
Как бы не прогнил этот мир, насколько бы люди не перестали обесценивать Дружбу, Любовь и Талант
Я не поддамся ему!
Пусть буду одинокой белой вороной, но пронесу свет и веру в себе
Не откажусь и не перестану бороться!
Буду мечтать!
Пусть это обесценено окружающими, но не мной
Не в моей душе
Пролог
16 лет назад.
На Мюнхен уже давно опустилась тихая, но прохладная для лета ночь. Дороги были пустынны. Лишь тихий звук электричества, исходящий от фонарей, был слышен. В это позднее время в своих квартирах люди уже давно спали и видели десятый сон подряд, однако в некоторых окнах все еще горел свет.
В одном из тихих районов, на Akazienstrabe (улица акаций) в доме №13 в 175 квартире на кухне за столом сидели друг напротив друга двое мужчин в строгих дорогих костюмах. На вид им было 35-40 лет. На протяжении нескольких часов они вели разговор на повышенных тонах, лишь последние семь минут молча буравили друг друга взглядом. Возможно, они не знали, что еще сказать, а быть может набирались сил для нового словесного поединка.
– И все же, брат мой, ты не прав. Я не хочу с тобой сориться, так что давай разойдемся с миром. Да и время уже позднее.
В комнате была очень напряженная атмосфера, было душно и очень тихо. Тишину нарушил звук часов, которые стояли на тяжелом дубовом комоде 19-го века. Стрелки сдвинулись и показали 4:00 утра.
– Френк, как ты не понимаешь, я хочу светлого будущего для твоего ребенка, – чуть устало, но с ухмылкой, потягиваясь, сказал, как казалось, старший из мужчин.
Весь его вид заставлял трепетать людей от страха. Никто не осмеливался поднять на него взгляд. Стефан Кённинг будто бы создан из злости и зависти. В обществе его называют «Ледяной король». Он высок и строен, у него волосы цвета топленного шоколада, но уже с сединой, серо-голубые глаза, будто созданы изо льда. На губах всегда ухмылка, а тонкая щетина делала её ещё более ужасающей.
– На этой флэшке весь мой план, твоему ребенку ничего и делать не придется. Он будет известен, его будут любить…что, черт возьми, в этом плохого??? – переходя на крик продолжал Стефан. – Возьми это себе и посмотри на досуге. – мужчина протянул маленький черный квадрат с небольшим углублением под подушечку пальцев в середине.
Рука Френка непроизвольно сжалась в кулак, и он ударил им по столу с такой силой, что все то, что стояло на нём заходило ходуном.
– Я уже сказал, что не подпишусь на это и ты не посмеешь втянуть в это Джейсона, в конце концов, он мой сын!!!
Френк был полной противоположностью брата. Он не так высок, как Стефан, у него был средний рост и коренастое телосложение, изумрудно- зеленые глаза светились добротой и радостью, как у ребенка. Рыжие волосы всегда собраны в тугой хвост на затылке. На лице часто играла улыбка. Смотря на него, думаешь, что перед тобой эльф из какой-нибудь волшебной сказки. Голос у Френка был звонкий и немного грубоватый, общение с ним всегда было непринужденным и веселым. Человек, который делает наш мир чуточку добрее и светлее, он, словно лучик солнца.
Френк встал со стула и собирался покинуть эту ужасную комнату, которая так пропахла табаком, что было невозможно дышать. Она давила на него своей атмосферой, но он лишь успел сделать несколько шагов и дотянуться до массивной ручки на двери, как в помещении раздался оглушительный выстрел. Ноги Френка подкосились, тело обмякло, и он упал на спину. На белоснежной рубашке в области сердца появилось алое пятно крови, которое очень быстро разрасталось.
– Почему же ты так жесток? – прохрипел он. – Мы же братья…
– Ты слишком далеко зашел. Думал я позволю тебе затмить меня?!– ухмыльнулся Стефан. Его взгляд остановился на нагрудном кармане брата.
– Так ты записал весь наш разговор? Да как ты посмел? – холодно, но с нотками интереса заметил мужчина.
– Не трогай мое-го сын-на…Правда все равно выйдет наружу, Стефан. Ты еще вспомнишь мои слова…Остановись пока еще не поздно…– из последних сил прошептал Френк.