Александра Миллер - Проверьте документы у мага!
– Что сообщают из Ангарска? – Каретников смотрел в окно с таким преувеличенным интересом, будто наша планета сейчас мигрировала в другую галактику и космическое шоу достигло к 10:15, по земному времени, своего апогея.
Замполит, тощий и высокий, похожий на товарища Дзержинского, поправил очки в тонкой металлической оправе, откашлялся и, перебирая листы личного дела, тихо ответил:
– Нет его там.
– Нет его там… – эхом повторил генерал. – Это какой уже по счёту ответ?
– Третий ответ на третий запрос…
Каретников оторвался от предполагаемого космического шоу за окном, и вернулся за стол.
– Шесть месяцев. Сотрудника нет шесть месяцев и мы не знаем, что с ним произошло. Верно?
Замполит опустил голову.
– А денежное довольствие ему по-прежнему начисляется?
Замполит, не поднимая головы, попытался кивнуть.
– Ну и что вы намерены дальше предпринимать?
– У меня нет идей, товарищ генерал…
– Может, хоть у кого-то есть идеи, не стесняйтесь, высказывайте.
Каретников обвёл взглядом сотрудников. Стеснительным оказался весь присутствующий на совещании личный состав.
– Ну, хорошо. А что у нас творческая личность с нестандартным мышлением может предложить?
Все дружно повернулись в мою сторону. Конечно, если кого и обозвать последним словом, то это ко мне. Вжавшись в кресло, я перестала дышать и немигающим взглядом пялилась на начальника.
– Иии?.. – протянул он.
– Ааа… эээ… Я тут подумала…
– Потрясающе! Это замечательно, что именно здесь, в моём кабинете, вы, наконец-то, подумали!.. Продолжайте!
– А давайте на шоу экстрасенсов съездим и попросим их ну… провидеть или как это там у них… называется…
Не то, чтобы генерал Каретников был рафинированным интеллигентом, но такого отборного ругательства я от него ещё не слышала.
Ржали все. Кроме замполита. Но он вообще никогда не улыбался. Каретников посмотрел на него и вдруг, что-то решив для себя, сказал:
– Евгений Иванович, оставьте личное дело у меня. Все могут быть свободны. А вы, Александра, задержитесь.
Выходя из кабинета генерала, каждый из офицеров счёл необходимым отпустить шутку в мой адрес. Начальник уголовного розыска, уходивший последним, похлопал меня по плечу и, хохотнув, произнёс:
– Желаю удачи в предстоящем трудоустройстве на площадках народного хозяйства!
Каретников вот уже целую вечность молча смотрел на меня. Не выдержав паузы, я начала ныть.
– Алексей Алексеевич, я же хоть что-то пытаюсь предложить… Всё, что могли, уже сделали, а результата…
– Короче. Что этим чародеям нужно, чтобы они предсказали, где находится наш сотрудник? Фото? Биоматериалы?
– Фото, наверное… Можно образец почерка…
Каретников достал из кармашка личного дела пропавшего сотрудника его последнюю фотографию и раскрепив одну из частей дела, вынул лист с рукописным текстом.
– Вот, возьми. Даю тебе времени на все эти магические контакты до конца недели. Если не будет результата, я лично закрою все их ордена и тайные ложи и в Москве больше не будет ни одного фокусника, понятно? Вместе с тобой.
– А я почему?..
– А нех… нечего было предлагать эту эзотерику! Всё, свободна!
Я поплелась на выход.
– И, Саша, прошу тебя, не рассказывай об этом никому! А то нас ещё уволят за связь с чертовщиной. Позора не оберёмся. Связался же я с тобой, на свою голову…
Помощник следователя, Кукушкин Василий Фёдорович, 25 лет, сдал суточное дежурство и, оформив очередной ежегодный отпуск, отбыл на свою малую историческую родину. В самое сердце Восточной Сибири. В город на Ангаре. Однако, по окончании отпуска, Вася к месту службы не прибыл. Отдел кадров пытался разыскать Васю своими силами посредством направления письменных запросов в Ангарск. Местный участковый вышел в адрес и установил, что квартира, принадлежавшая Васиной маме продана. Мама, несколько неумеренно потреблявшая алкогольные напитки, исчезла. Вася исчез тоже. Денежное довольствие, исправно зачислявшееся на счёт, копилось, никаких попыток снятия денежных средств, а также безналичных расчётов не производилось. Положение было нехорошим, предчувствия дурными, а отдел кадров, боясь возможных проблем, на протяжении шести месяцев скрывал от руководства факт отсутствия сотрудника на службе.