Олеся Рияко - Принцесса из борделя
Пролог. «Лиловая Роза»
Если бордели открываются, значит это кому-нибудь нужно.
Наш – так и вовсе гремел на весь Эвенор! Как бы не ворчали чопорные горожанки и горожане, задирая нос, подобно всем столичным жителям, а посмотреть на эдакую диковинную достопримечательность съезжалось немало состоятельных людей со всех концов света. Осмотреть, так сказать, во всех подробностях красоты Миля, столицы Кардского королевства. Да и те же чопорные горожане захаживали, если имели достаточно средств.
А денег, я вам скажу, надо было немало – в «Лиловой Розе» абы какой товар не предлагали!
Здесь были первые красавицы, искусные в любви и изящных искусствах: пении, танцах, игре на музыкальных инструментах, ворожбе. Стоило им появиться в выходной день на улицах города, приличные мильские дамы прикусывали свои губки, локотки и головы мужей, осмелившихся вытаращиться на эдакую красоту. Да только куда им, бедным, до наших девчонок? Все одно – мыши серые.
Работать в таком борделе, как «Лиловая Роза», было высшим достижением для представительниц профессии. Хозяйка заведения, мадам Кардамон, на уход за своим цветником денег не жалела; платила много, а клиентов при том было мало. Потому как не много у кого найдется денег в достатке, чтобы провести ночь в лиловых покоях, обнимая прекрасную розу.
И все же посетители в нашем заведении были разные: колдуны, удачливые разбойники, именитые рыцари, принцы, демоны в человечьих обличьях, купцы, некроманты и даже короли!
Так, Жоржетт Второй, правитель нашего Кардского королевства, дважды заглядывал. С соблюдением великой тайны, разумеется! И оба раза закатывал такие шумные оргии, что я до следующего вечера выгребала его приближенных из-за диванов и рассовывала по каретам.
Сам Жоржетт Второй, по заверениям девушек, больше предпочитал смотреть и чинно удалялся тайными проулками восвояси, как только чувственная и пылкая часть перерастала в откровенную пьяную вакханалию.
Я на работу тоже не жаловалась, только на оплату немного. С другой стороны, многого ли мне было надо? С моим горбом и кривой рожей, копи – не копи приданное, а замуж все одно никто не возьмет… да даже на невинность не позарится, чего уж там!
Жила я в чулане за кухней, ела, что от прелестниц, да гостей останется, а копейку к копейке складывала так, для развлечения. Можно сказать, что мадам Кардамон хорошо исполняла обещанное моей матери – держала ее дочерей в сытости и достатке. Если подумать, мы с сестрами и правда ведь ни в чем не нуждались.
Ах, ну да! Куда же здесь без пояснения, простите, заболталась совсем!
Наша мать, ее звали Роза, была самой известной куртизанкой во всем Эвеноре. К ней в фавориты набивались короли, могущественные волшебники и, поговаривают, однажды, даже несмотря на ее своеобразную известность, сватался настоящий дракон! Но она предпочитала независимость и принимала благосклонность всех своих обожателей, как должное, от чего, как не странно, меньше их вовсе не становилось.
Всех сводили с ума ее нежная фарфоровая кожа, гладкий шелк волнистых, пшенично-белых волос и невероятные лиловые глаза. Необычный цвет, разумеется, был неспроста – ко всем своим талантам моя родительница была еще и умелой чаровницей. Так что богатые мира сего обращались к ней не только за трепетным наслаждением, но и за особыми амулетами от сглазов, ядов, шальной стрелы в бою… да хоть бы и от мужского бессилия! Матушка свое дело знала.
Стало ли ей скучно одной или просто «так получилось», но в какой-то момент она родила мою старшую сестру Амариллис, а затем и среднюю Валериану. Поговаривают, причем в основном они же сами, что отцом их был сам Ангельд Черный – известный пират, о котором сложено немало героических баллад. В частности, о том, по какой-такой причине он внезапно пропал после стольких побед и невероятных приключений.
А чуть позже у нашей невероятной матери родилась я – ворчливое чудовище, Лобелия-дибелия или, как метко обозвала меня однажды Амариллис, Лобуэлия.