Александр Горностаев - Повествования о судьбах
© Александр Горностаев, 2023
ISBN 978-5-0060-9766-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
АЛЕКСАНДР ГОРНОСТАЕВ
ПОВЕСТВОВАНИЯ
о судьбах
Рассказы и повесть
ISBN
О ГЕРОЕ НАШЕГО ВРЕМЕНИ И ВРЕМЕНИ КАК ТАКОВОМ
С лёгкой руки классика выражение «герой нашего времени» давно стало нарицательным, не смотря на то, что лермонтовский Печорин как раз обладал «лица не общим выраженьем» и типичным персонажем своей эпохи отнюдь не являлся, будучи одним из звеньев бесконечной цепи образов «лишних людей» в русской литературе. Впрочем, судьбы нашей Родины складывались столетиями так, что ничего необычного в людях, отторгнутых социумом или самостоятельно от него дистанцирующихся, народ не видел, иногда даже жалея многочисленных «белых ворон». Поэтому «герой» определённого исторического периода в нашей традиции – это, как правило, не смирившийся с его течением персонаж, а некто, пытающийся плыть против.
В этом смысле протагонисты рассказов Александра Горностаева из книги, которую вы держите в руках – образцовые «герои нашего времени». А точнее – времени недавнего прошлого, конца XX – начала XXI столетия. Все они, так или иначе, оказываются во власти пресловутого «ветра перемен» (да что там ветра – урагана!) и пытаются бороться с ним – по мере возможностей…
Приправленная лёгкой мистикой реалистическая драма «Последний торговый день кандидата наук» содержит трагедию уже в самом названии. На памяти последних советских поколений чёрным пятном лежит эта позорная реалия – образованные, интеллигентные люди, вынужденно переквалифицировавшиеся в базарных торговок с наступлением новой экономической политики. Нет в сюжете рассказа ничего особенно новаторского ни в форме, ни в содержании, подобными печальными историями были полны газеты и телевизионные сюжеты тех времён, да и в литературе они уже имели отражение. А всё же А. Горностаев находит какую-то свою, особенную интонацию, по-своему преподносит портрет героини. Не просто личная трагедия, но и слом эпох явственно читается в этой истории. Пожалуй, именно так, на примерах личных драм и нужно изучать исторический процесс, чтобы за сухими цифрами потерь и утрат увидеть людей, человека – живого человека с его рухнувшим миром. И уже смерть «торговки поневоле» выглядит избавлением от всего этого чуждого и враждебного ей окружения…
В отличие от ставшей ненужной в новой России профессии преподавателя научного коммунизма из предыдущего рассказа, специальность главного героя рассказа «Журналисты за еду не продаются!» в переходный период была весьма востребованной. Платили, правда, большинству из «акул пера» немного, но скудость жалования с лихвой компенсировалась коротким периодом почти полной свободы слова и вольным рабочим графиком, позволявшим выживать по принципу «репортёра ноги кормят». Такого «почти свободного» журналиста мы и видим в центре повествования. «Почти» – потому что при всём «разгуле демократии» позднейшего советского и раннего постсоветского времени выпало ему быть корреспондентом провинциального, а значит, связанного многими местечковыми условностями издания. И ещё раз «почти» – потому что у репортёра нашего в самом прямом, а не метафорическом смысле, пустой желудок, что оказывается основой курьёзной, но весьма реалистичной завязки сюжета… Добрый юмор, вообще свойственный А. Горностаеву, в этом рассказе как-то смягчает вечный конфликт между властью и творческим человеком, и в этом тоже завуалированная, но весёлая игра: продался или не продался наш герой за шашлык и бутерброды с икрой?
Поймал себя на мысли, что после последней фразы хочется по современной сетевой традиции поставить смайлик. И вообще не ошибусь, если напишу, что при чтении этой книги такие незримые смайлики будут часто возникать у вас в голове – чаще всего не те, которые улыбаются во весь рот-скобку, а такие, чуть грустноватые, будто знающие что-то важное… Это ощущение возникает из-за того, что новая книга Александра Петровича Горностаева – она особенно хороша для человека подготовленного, прошедшего перипетии смутного времени, понимающего недосказанности в тексте, в авторской речи. Впрочем, и как документ эпохи книга имеет немалую ценность.