Кристина Ковтуненко - Последние
The Boston Globe: «Бостонцы, пришло время укрываться в бункерах! Ни для кого не секрет, что наш город захлестнула череда катаклизмов. Сначала мы пережили затопление восточной части города, потом пожар на Мэверик-стрит, и наконец нам пришлось бежать от землетрясения, которое чуть не раскололо город пополам. С последнего происшествия прошло почти две недели, и у каждого есть вопрос: когда нам ждать новой трагедии?»
1
Когда человек понимает, что спит, он может творить невообразимые вещи. Может летать, воздвигнуть целый город, стать рок-звездой или увидеть тех, кого уже давно нет с нами, – стоит только захотеть. Я всегда любила сон именно за это. Это был мой мир, которым владела только я – до тех пор, пока понимала, что сплю.
– Милая, – приоткрыв дверь, позвала бабушка.
Рефлекторный испуг заставил меня оторваться от зеркала.
– Прости, я уже иду спать.
Бабушка улыбнулась мне в зеркале.
– Тебе опять не спится?
– Нет, я встала в туалет, – вру я.
– Пойду найду снотворное, – не поверив, сказала она и скрылась в коридоре.
Отчаянно вздохнув, я посмотрела на своё отражение. Золотистые глаза сейчас кажутся почти чёрными, длинные каштановые волосы совсем завяли в последнее время. Мои 64 дюйма словно испаряются, и я становлюсь ниже, а 115 фунтов теперь кажутся не стройностью, а анорексией. На прямоугольном лице опущены щёки, чего почти никогда не бывало. Цвет кожи из слегка смуглого превратился в мертвенно-бледный. Просто ужас… Как кошмары могут довести до такого?
– Возьми.
– Спасибо, ба, – улыбнулась я.
Выпив таблетки, я отправилась обратно в постель.
Холод, взрывы и крик очень далеко. В панике я побежала куда-то вперёд, по пустынной, незнакомой улице, на голос того, кто кричал, но не успела добежать и очнулась.
– Вставай, – прошипела Аня.
Я с трудом разлепила глаза и сразу почувствовала ноющую боль затёкшей шеи.
– Посадка на рейс «Бухарест – Бостон» объявляется открытой, просим пассажиров пройти к выходу G, – объявляет голос диктора.
– Ну же, вставай!
Высокая длинноногая девушка с русыми волосами чуть ниже плеча запустила в меня ортопедическую подушку и улыбнулась своей ослепительной улыбкой. Мне всегда нравились её глаза, светло-голубые, отлично сочетаются с её милой ямочкой на правой щеке. Озорной и весёлый характер с детства остался только у неё, так же, как и спортивное тело, за годы упорных тренировок, получилось только у неё.
Простонав, я поднялась с удобного кресла, взглядом обвиняя подругу за её бодрствующий вид.
Странно осознавать, что твоя родина – это не твой дом. Я родилась в Бухаресте, большая часть моей семьи живет тут, но с двух лет я росла в Бостоне, он и стал моим домом. Мы с Аней пробыли в Румынии две недели, изучая каждый музей и достопримечательность, в тысячный раз тысячного приезда за двадцать один год.
– Не хочу домой, – пробормотала подруга, уткнувшись в иллюминатор.
Наша поездка случилась из-за её нервного срыва, что было очень удивительно, потому что это не в её характере. Только вдали от дома она снова вернулась к жизни. Хоть бы это не повторилось опять.
– До свидания, – улыбнулась я стюардессе. – Спасибо.
– До свидания, – улыбнулась ослепительная блондинка-модель.
Милая женщина весь полёт поправляла мой плед, в отличие от лучшей подруги, которая смотрела фильмы и опустошала провизию самолёта.
– Анна Мария Джой, добро пожаловать…
– Кристина Кристал, добро пожаловать в Соединённые Штаты Америки, Бостон, штат Массачусетс.
Я улыбнулась мужчине, конечно, безответно. И почему работники паспортного контроля никогда не улыбаются?
– Девочки! Я здесь!
– Я думала, за нами приедет папа, – нахмурилась Аня. – Но, похоже, Виктор соскучился по нам сильнее.
Мой дядя Виктор стремительным шагом направляется к нам, как обычно, очень сосредоточенно. Он невысок, крепкого телосложения, даже слегка полноват, а немного седины в его темных волосах очень ему идёт. Не представляю, как он нашёл время в плотном графике владельца транспортной компании, чтобы встретить нас в аэропорту.