Софья Ромащенко - Подкованный волшебник
В далеком заснеженном краю, куда не ступала нога человека, среди непролазных снегов в глубине густого леса притаилась опушка, на которой виднелись тонкие проплешины сырой земли, из которых струился пар.
Люди были здесь редкими гостями, разве что отчаянные искатели приключений: геологи и рьяные защитники природы. Поэтому никто и не догадывался, что здесь, под толстым слоем земли и цельного камня расположено пристанище самого настоящего Морозного Волшебника…
В подземелье было сыро и холодно, скользкие ступени из грубого камня и покрытые инеем стены едва можно было разглядеть в темноте извилистая лестница вела глубоко, казалось прямо в центр Земли. Сквозь сумрак проглядывался одинокий силуэт лошади с факелом и маленьким колокольчиком на шее.
Он на ощупь пробрался в самую дальнюю комнату подземелья, разжег огонь, зачеркнул на календаре очередной день и похрипывая сказал: «Так—так—так, первое января. Пора будить Дедушку Мороза».
Спустившись по витой лестнице на сто этажей вниз, конь по имени Дар тяжело вздохнул, отдышался, цокнул копытом и тихонько постучал в огромную дубовую дверь, закрытую на огромный магнитный замок. Затем он стучал все сильнее и сильнее, но так и не услышал ответа.
Наконец, изнутри раздался тихий шепот: «Кто там? Дайте отдохнуть! Я вчера пролетел через всю Землю!»
Но Волшебник! Мы не знаем, что без Вас делать, – жалобно продолжал Дар. А письма от детишек все прибывают и прибывают.
– Пора бы уже научиться, – с тихой усмешкой сказал Мороз. А знаешь, что, Дар? – вторил Дед, переворачиваясь на другой бок.
Если тебе нечем заняться, то можешь начать отвечать на письма и, чтобы ты понимал серьезность моих намерений, даю тебе мой волшебный посох, исполняющий добрые желания. Улыбаясь, Мороз приказал посоху слушать Дара. На что посох тут же ответил металлическим голосом: «Задача исполнена, хозяин. Пользователь «Дар» распознан.»
А теперь прощаемся, дорогой друг, вот исполнится тебе хотя бы две тысячи лет, тогда сможешь мне возражать, – бормотал Мороз, засыпая.
Пригорюнился наш конь, да задумался, как ему справиться самому, что братьям скажет, как совладать с гномами, ведь он рубаха-парень и совсем не умеет руководить. От мыслей его отвлек компьютерный голос посоха: «В системе зарегистрировано пятьсот новых писем, время на рассмотрение пять дней. Конец сигнала».
Тем временем, в далекой стране Зеленых холмов, на другом конце планеты, сидя дома грустила белокурая девочка 10 лет. Родители Тани недавно переехали в новый город, где во дворе было много ребят, с которыми у нее никак не получалось найти общий язык: мальчишки хулиганили, девчонки задирали носы, когда они собирались вместе и смеялись она смущалась, потому что их шутки казались ей несмешными.
А еще они очень любили спортивные игры, а в вышибалах новенькую всегда выбивали первой. Однажды ей попали мячом по лицу, и она заплакала, в ответ все только посмеялись. С этого момента она поняла, что полагаться на этих ребят точно не стоит. Вечерами она сидела у окна и грустила.
Придя домой с улицы, она спрятала слезы и вспомнила песенку, которую она пела в школьном хоре и успокоилась. Собравшись с силами, она решила снова выйти погулять и пошла на дальний холм. Оглянувшись, она посмотрела по сторонам и поняв, что рядом никого нет, забежала на него, закружилась в танце и громко запела: «Ветер—ветерок, ты со мною, мой дружок? Ты подуй сильнее, станет веселее!»
В ту же минуту в огромной темной комнате на карте мира, обвешанной миллионами лампочек, звенела тревога: люди повсюду просили ветра, и бедный Дар не знал, что делать. Он с командой из верных братьев-красавцев пытался определить, кому помочь в первую очередь. Остальные молча продолжили разбирать письма и читать пожелания детишек.
Разложив конверты, гномы сортировали очередную партию, ожидая коней, которые приносили им новые груды писем. Игрушки, животные, телескопы, железные дороги, в глазах рябило от разнообразия пожеланий.