Робин Мэднесс - Параллельный мир
© Робин Мэднесс, 2023
ISBN 978-5-0060-4117-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие
День Луизы не задался. Все началось с того, что она поругалась с учителем математики из-за абсолютно незаслуженной двойки. Ведь она только подсмотрела в учебник на контрольной для того, чтобы себя проверить. Сам материал она выучила назубок и уже все решила. Однако учитель даже не стал ее слушать, а мгновенно выгнал из класса. Потом еще мама отругала за двойку и тоже не стала слушать объяснений. Отправила в комнату учить следующие главы из учебника математики, хотя они еще не скоро должны были начать их изучать на уроках. А вечером вообще отправила к отцу на другой конец города.
Отец не жил с мамой уже лет десять. И новая жена папы Луизе не нравилась. Потому что в отличие от мамы слишком сильно любила порядок и ругала девочку за любую не там брошенную вещь, которую Луиза не замечала даже как бросила. А еще девочку раздражало, что та всегда называла ее полным именем, в отличие от друзей или мамы. Луизе больше нравилось просто: «Луз», как в ее любимом мультике. Потому что в школе больше не было никого с таким именем, и ее это очень смущало. И вообще, кто придумал назвать ее таким дурацким вычурным именем? Будто она какая-то избранная, не такая, как все.
В вагоне поезда метрополитена почти не было пассажиров, хотя стоял и не самый поздний вечер. Напротив Луз сидела тучная старушка с огромным пушистым белым котом, сидящим в переноске.
А чуть поодаль посапывал молодой парень в спортивном костюме.
Шум трясущегося вагона действительно действовал убаюкивающе. И в итоге Луз и сама задремала. Сквозь сон до нее доносился голос диспетчера, озвучивающего названия станций: «Парк культуры», «Кропоткинская», «Библиотека вселенских писаний».
– Что? – спросила она сквозь сон. – Мне это снится? – Луз неловка откинула налезшую на глаза черную прядь и попыталась проморгаться. Сквозь мутную пелену она не смогла увидеть ни старушку, ни ее кота.
Поезд остановился. Девочка протерла глаза ладонями и наконец-то увидела вагон четко. Тот был абсолютно пустым. Неужели те двое пассажиров вышли, и за то время, пока она (как ей казалось) ненадолго заснула, никто не вошел? Двери вагона были настежь открыты и совсем не хотели закрываться. Платформа, видневшаяся в проеме, была еле освещена светом холодных ламп вагона. Луз испугалась, что проспала слишком долго и уехала в тупик. Девочка вспомнила, что ей говорил одноклассник: «Если тебя найдут сотрудники в этой зоне, то обязательно вызовут полицейских и накажут». Сердце девочки забилось от страха. Она не хотела снова ругаться с мамой второй раз за день. К тому же, если ее отведут к полицейским, то это будет пострашнее двойки за контрольную.
Луз схватила свой желтый рюкзачок и аккуратно подошла к зияющему проему. Она выглянула и осмотрела платформу на предмет идущих работников, но никого не увидела.
Луз вышла на платформу. Она не сразу заметила несколько идущих в ряд теплых огоньков, разбросанных по противоположной стороне (там, где должна была быть соседняя платформа) в равных промежутках примерно в метре друг от друга. Девочка пошла на их свет, хотя и немного терялась в полоске тьмы между двух освещенных линий помещения. Огоньки мерцали и манили ее. Подойдя ближе, Луз очень удивилась увиденному. Этими огоньками оказались огни от свечей, стоящих в искусно выкованных канделябрах, торчавших из массивной каменной стены, проходившей параллельно той платформе, где стоял поезд. Под их мягким свечением можно было разглядеть толстые романские колонны в самом центре стены. Между ними находилась тяжелая деревянная дверь с огромной ручкой в виде головы льва.
Девочка подошла поближе к двери и осмотрела ее внимательней. Деревянная поверхность была испещрена грубыми царапинами и глубокими трещинами, покрывающими резные изображения. Луз с интересом разглядывала их, видя странных существ и людей, одетых в вычурные одежды. Все эти изображения, составляющие орнамент двери, будто рассказывали истории. Каменные колонны по бокам от нее так же были расписаны рисунками. Однако орнамент на них чуть отличался, и истории были совсем другими.