Ромен Пуэртолас - Невероятные приключения факира, запертого в шкафу ИКЕА
Эта книга не санкционирована и не одобрена Inter IKEA Systems BV или любой другой компанией, входящей в состав Inter IKEA Group или Группы компаний IKEA. Ни одна из компаний, входящих в состав Inter IKEA Group или Группы компаний IKEA, не несет ответственности за содержание книги и не разделяет выраженных в ней мнений.
F
Франция
Первое, что произнес индиец Аджаташатру Кауравы Пател, прибыв во Францию, было шведское слова. С ума сойти!
«ИКЕА» – вот что он негромко произнес.
Сказав это, он захлопнул дверцу старого красного «мерседеса» и стал ждать, сложив руки на гладких коленях, как послушный ребенок.
Водитель такси засомневался, правильно ли он расслышал, и повернулся к пассажиру, отчего заскрипели деревянные шарики чехла, накинутого на водительское кресло.
Он увидел на заднем сиденье мужчину средних лет, высокого, сухопарого и узловатого, как дерево, со смуглым лицом и длиннющими усами. Его впалые щеки были испещрены мелкими ямочками – следами юношеских угрей. В уши и губы вдето множество колец, как будто он хотел запирать эти отверстия после употребления, как застегивают молнию. «Какая прекрасная система!» – подумал Гюстав Палурд, который усмотрел в этом превосходное средство защиты от несмолкаемой болтовни своей супруги.
Серый шелковый блестящий костюм пассажира, красный галстук, который тот не удосужился завязать, а только закрепил булавкой, белая рубашка – причем все чудовищно помятое – свидетельствовали о многочасовом полете. Но, как ни странно, багажа у него не было.
«То ли он индус, то ли у него ритуальная черепная травма», – подумал шофер, увидев огромный белый тюрбан, намотанный на голове клиента. Но его смуглое лицо, пересеченное огромными усами, скорее наводило на мысль об индусе.
– ИКЕА?
– ИКЕА-А, – повторил индиец, протянув последнюю гласную.
– Какой именно? Хм… What Ikea? – пробормотал Гюстав, который чувствовал себя в английском так же уверенно, как корова (священная) на льду.
Пассажир пожал плечами, словно хотел сказать, что ему все равно. «Djeustikea, – повторил он, – dontmatazeoanezatbetasiutyayazeparijan». Вот что примерно услышал водитель – нечленораздельный набор слов, щебет из непонятных нёбных звуков. Но будь то щебет из нёбных звуков или нет, однако за тридцать лет работы в «Такси Житан»[2] он впервые сталкивался с тем, чтобы пассажир, только что приземлившийся в терминале 2С аэропорта «Шарль-де-Голль», просил отвезти его в мебельный магазин. Он не помнил, чтобы ИКЕА недавно открыл сеть одноименных гостиниц.
Бывало, что к Гюставу обращались со странными просьбами, но этот парень побил все рекорды. Если он действительно прилетел из Индии, то заплатил кругленькую сумму за билет и провел восемь часов в самолете, и все это с единственной целью – приобрести стеллаж «Billy» или кресло «Poäng»? Нет слов! Или есть: невероятно! Он должен занести эту встречу в свою красную книгу, между Демисом Руссосом и Салманом Рушди, которые как-то оказали ему честь и разместили свои августейшие задницы на леопардовом сиденье его такси, а главное – не забыть поведать эту историю жене вечером за ужином. Поскольку обычно ему сказать было нечего, то благоверная, мясистые губы которой пока не были оснащены гениальной индийской застежкой-молнией, произносила за столом монологи, пока их дочь отсылала эсэмэски, не отличающиеся правильностью орфографии, ровесникам-юнцам, которые так и не научились читать. Хоть один раз он внесет какое-то разнообразие в их трапезу.
– О’кей.
Водитель «Такси Житан», который в течение трех последних уик-эндов бороздил сине-желтые коридоры шведского магазина вместе с дамами-соплеменницами, намеревающимися обставить их новый семейный прицеп-трейлер, был прекрасно осведомлен, что ближайший ИКЕА находится в Руасси-Пари-Нор, всего в 8 евро и 25 центах отсюда. Поэтому он остановил свой выбор на магазине «Пари-Сюд-Тиэ», расположенном на другом конце столицы, в сорока пяти минутах езды от того места, где они находились сейчас. В любом случае турист желал попасть в ИКЕА. Но не уточнил, в какую именно. К тому же человек в таком прекрасном шелковом костюме и галстуке, должно быть, крупный индийский промышленник. Какая для него разница – еще несколько десятков евро?