Лариса Миронова - Непотопляемая Атлантида
Вместо предисловия
Зачем написана эта книга?
Чтобы убедить читателей, что тупик, в который, в суматохе и слепой суете за насущным, забрёл наш сумасшедший мир, с его вечными войнами и распрями (за ресурсы и всевозможные материальные блага), как единственным двигателем прогресса, вовсе не есть неизбежность.
Мы должны, обязаны мирно выйти из «точки бифуркации» и построить новую цивилизацию, в которой вообще не будет войн, и где единственным, неисчерпаемым источником энергии будет асинхронность различных уровней физических процессов, то есть само Время, имя которому Вечность.
Другого выхода у нас нет, если только мы думаем о своих потомках и хотим жить по-божески – здесь и сейчас.
Автор
13.05.2008
НЕПОТОПЛЯЕМАЯ АТЛАНТИДА
или
Тайна языка и скрытый ход мировой истории
Это краткое изложение объёмного труда под общим названием «Непотопляемая Атлантида», над которым я работала более двух десятков лет, представляет собой дайджест исследования по лингвоанализу культуры в сопряжении с историей. Текст можно читать выборочно, по главкам, они короткие и вполне самодостаточны.
ГЛАВА 1.1 Реликтовые коды языка. Что общего между лошадью и собакой?
Дело нам предстоит непростое, хотя и не очень скучное. Разговор о нашем всё – русском языке. Но как научиться видеть суть, не погрязая в частностях? Ведь нередко логика оппонента такова: «А вы можете ЭТО доказать?» – «Нет пока, а может, и никогда не смогу – по всей строгости науки». – «Ага! Значит ЭТОГО в природе просто нет». Это типичное проявление злостной фрагментарности мышления: «В мире есть только то, что мне безусловно понятно». А между тем, более 90 % сущего – это «тёмная материя», и сей факт считается на сегодняшний день строго научно доказанным… А воинствующее невежество? Вот уж беда так беда! Они затопчут все ростки нового мышления без единого всхлипа, только лишь по причине НЕПОНИМАЯ СУТИ ОНОГО. Они действуют, как та старушка, что подкинула вязанку хвороста в костер Жанны Дарк, свято веря в то, что совершает благое дело. Вся история человеческой мысли – тому пример. Ведь бдительные стражи эти пользуются простым сермяжным принципом – «лучше перебдеть, чем недобдеть». Так что это уже просто глобальная беда, грозящая вскоре перейти в катастрофу – мире всё ускоряющейся специализации и жесткой компьютерной логики завуалированная нагромождением деталей суть ускользает. У людей-роботов нет интуиции, и никто пока не придумал, как научить робота или компьютер и даже человека, у которого в голове типа калькулятор вместо сложного мыслительного инструмента, этому тонкому искусству. Интуиция – привилегия только и только человека, да и то не всякого, а чаще всего – творческого. Интуиция – это прямой и скорый путь постижения истины. Просто внутри где-то что-то быстро-быстро и очень скоро проворачивается – и без всякого скрипа и боли в суставах. Вот и всё. Что-то щелкнуло – и решение готово. А как? А бог его знает! Ну ещё и я (то есть те из нас, у кого этот аппарат не в простое). Если слона разглядывают слепцы, то один, ухватившись за хвост, скажет, что слон – это веревка, другой, вцепившись слону в хобот, будет уверять вас, что слон – это канат… Ну и так далее. Как выйти из положения? Как научить прозревать суть, а не погрязать в море частностей? Признаюсь с прискорбием – я пока этого не знаю. Также, как и не знаю, как объяснить злым и подлым, что это подло, быть злым. А подлость – это саморазрушение, в первую очередь. Так что прошу считать предложенное вам чтение всего лишь гипотезой, а она как раз и не нуждается в строгих доказательствах. Просто есть такое предположение, и всё. Гипотеза не теория, господа. Она – вольная птица, летает где хочет и может спокойно поселиться в самом презентабельном обществе «обилеченных» доказательством теорий безо всякой прописки и регистрации. Ну и сразу хочу предупредить – у кого по части юмора проблемы, лучше не конвертируйте дорогое личное время в напрасно потраченные деньги. Никто ваш бюджет не пополнит в этом весьма тяжелом случае. Хотелось бы предупредить и ещё одну весьма немалую категорию читателей, которые могут испытать некий дискомфорт при знакомстве с моим текстом. В той Вселенной, которую я выстраиваю, главным образом, с помощью экскурса в Слово, нет места краеугольному камню современной пропаганды – «теории ж/м заговора». По этой причине те, кто борется с этим заговором, и те, кто борется с теми, кто борется с этим заговором, останутся не у дел. И это может их сильно расстроить и даже очень огорчить. (Поясняю: ж/м заговор – это заговор женщин против мужчин. А вы что подумали? Ай-я-яй, стыдитесь, чучи неумытые…) Тогда уж поясню, что означает «жидо-масонский заговор», чтобы не было никакой путаницы в дальнейшем. «Жид» – это, как всем известно, жадный человек. «Масон» – это симбиоз двух слов – «муссина» и «машина». Получается «бюрократ», а точнее – замаскированный слегка, но всё же – бюрократ. Т. о. «заговор жидо-масонов» – это тайный заговор жадных бюрократов = то есть теневых идеологов установления общества неуёмного потребления во всем мире (для избранных, иначе зачем же таиться?). Где вы их последений раз видели? Правильно, в телевизоре. На каждом канале повсемирно. Они есть, но мы сейчас занимается другими делами. А именно: как от них сбежать и построить совсем другой мир. А всех остальных, кто понял, к чему это я, и не собирается на меня стучать, прошу сердечно – гляньте хотя бы по диагонали это текс, не лишнее будет. Итак… Что есть самое ненавистное для ленивого человека занятие? Правильно, сразу угадали – время от времени пересматривать своё мировоззрение (не путать с убеждениями нравственного порядка – это врожденное, если у кого, конечно, врожденно.) А что если мы всё-таки обратимся к известному и воспримем библейскую фразу: «В Начале было Слово» буквально, и будем рассматривать язык не просто как средство общения, а в качестве некоего сверхсложного инструмента – такого вот «виртуального» компьютера, вполне различающего смыслы слов, с помощью которого управляется не только информационное человеческое сообщество, но и мыслящие и чувствующие люди, и вообще вся жизнь во Вселенной? В рамках этого допущения и попробуем разобраться в конкретном устройстве языкового кода. Странность номер один, над которой бьются лингвисты уже не первое десятилетие: непроизводные (простые) слова как будто ничего не значат, не имеют никакого смысла. Создается впечатление случайности – просто какие-то ярлыки просто так, так и сяк, приклеены к разным вещам. Однако это только на первый взгляд. Исчерпывающего ответа у серьёзной науки как не было так и нет: академическая лингвистика здесь молчит – как рыба (об лёд). А между тем, бессмысленных слов вообще не бывает. Просто их истинный смысл скрыт пока от нас. Но будет большой ошибкой уподоблять язык компьютеру буквально. И дело здесь вот в чём. Польской исследовательницей языка Анной Вежбицкой был весьма удачно разработан универсальный «Естественный Семантический Метаязык» (ЕСМ), применимый к самым разным областям семантики: от описания значения частей речи или синтаксических конструкций до толкования евангельских притч и характеристики свойств того или иного культурного сценария поведения. Это как раз и доказывает, что единство лингвистической семантики определяется, в первую очередь, не единством предмета изучения, а единым инструментом анализа. Этот инструментарий примерно таков: рабочим «телом» его являются элементарные смыслы, из которых складываются значения всех слов естественных языков мира. В нашем тексте это реликтовые коды языка. Иными словами, значение любой языковой единицы может быть представлено как некая комбинация неразложимых элементарных смыслов. Для вербализации этих смыслов в языке должны использоваться достаточно простые слова, понятные всем без дополнительных разъяснений. То есть реликтовые коды языка должны быть самопонятны, неразложимы и универсальны. Но что же такое сам язык? Это инструмент для передачи значения. И это его главная функция. Исследовать язык без изучения смысла слов, это всё равно что пытаться познать вкус пирога не пробуя его совсем, а лишь обсуждая, на какой тарелке он лежит и какого он размера. Или изучать мозг человека с точки зрения анатомии, и ни слова не говоря о мыслительной функции мозга. Но, как ни странно, в последнее время именно к такому методу прибегают всё чаще исследователи языка! Значению слова отводится (если отводится вообще!) лишь маргинальное место. И это тема для историков лингвистики. Идеи, концепты, мысли как бы изгоняются из языка – его основной и единственной функцией является лишь коммуникационная, то есть то, что легко алгоритмизируется и удобно для использовании в предельно компьютеризованном мире – как простые команды в компьютере… Но что есть само значение языковой формы? Как оно понимается и определяется? Как ситуация, в которой говорящий её произносит, и как реакция, которую она вызывает у слушателя. Сложно, но верно. Однако сейчас всё активнее акцент перемещается от