Руслан Литвинов - Настя
Настя
Сейчас, спустя много лет, я пытаюсь вспомнить, когда же в первый раз увидел Настю. У меня в памяти всплывает два момента, но, честно признаться, я не помню, в каком они идут порядке. Это, наверное, нормально: тогда мне было девятнадцать лет, а сейчас уже… намного больше. Но мне хочется, чтобы один из этих моментов всё-таки был первым. С него и начну.
1
Человеческая память – удивительная штука. Кто-то из писателей назвал память самой капризной женщиной. И был неправ. Память – это всего лишь набор отдельных картинок, ярких вспышек. В кино их называют «флэшбеками». Это словно молния в ночи: на секунду светло… и опять везде мрак.
Я учился тогда на факультете филологии в ведущем местном университете. Близился к концу третий курс, на носу была сессия. Я не был прилежным студентом, даже близко не подошёл к этому почётному званию. Но при этом мне нравилось ходить в универ. Нравилась, если можно так выразиться, сама атмосфера. И сейчас это время окутано в дымке воспоминаний ярким приятным светом. Естественно, не всё у меня гладко было в жизни на тот момент, была куча неразрешённых проблем, и иногда хотелось волком выть, но если бы сейчас спустилось с небес античное божество и предложило: «Дружище, ты выиграл в небесную лотерею. Мы отправим тебя в самое счастливое время твоей жизни. Выбирай дату», я бы назвал именно это время.
И вот, я выбираю дату и отправляюсь туда. Итак, здравствуй, лето 2009 года.
2
Мы с моим сокурсником, а по совместительству другом Вадимом шли из универа в сторону остановки. Пора было по домам. Вроде как пар в тот день не было, мы приезжали то ли в библиотеку, то ли на консультацию по ближайшему экзамену. Всё быстро кончилось, и мы с Вадиком решили, что ловить нечего.
Итак, мы шли в сторону остановки. Вадим почему-то шёл на несколько шагов впереди, а я плёлся сзади. Наверное, ему домой хотелось больше, чем мне. Или я разговаривал по телефону, уже не помню. На тротуаре места хватало для двоих, но мы с Вадимом, видимо, решили сыграть в Дон Кихота и Санчо Пансу.
И тут на короткий миг, на микронную долю секунды, глаза мои встретились с девушкой, которая шла мне навстречу, в сторону универа.
Это и была Настя.
Наши глаза на секунду встретились…и вы, наверное, думаете, что я сейчас начну вам рассказывать про любовь с первого взгляда? Не-а. Наши глаза на секунду встретились…и мы прошли мимо друг друга. Но этим своим взглядом девушка (тогда я ещё не знал, что она – Настя) просто обожгла меня. Чувство было такое, будто я залпом выпил стакан клюквенной водки. Почему клюквенной? Потому что я люблю клюквенную водку, а обычную не люблю. И ещё было что-то сладостное в этом ожоге.
Словом, голова у меня закружилась, я обернулся, оценил параметры фигуры (девушка, кстати, не оборачивалась), а потом догнал Вадима.
– Видел, какая девушка? – спросил я у него.
Вадим ничего не видел. Он вообще был очень задумчивым парнем.
Потом, когда я рассказывал Насте про этот случай, она смеялась и думала, что я сочиняю. По крайней мере, помнить не помнила, чтобы мы пересекались на тротуаре возле универа. А когда я говорил про её «обжигающий» взгляд, она снова смеялась и говорила про своё неважное зрение, и что она в тот момент злилась на себя из-за того, что всё время спотыкается.
В тот момент… Значит, всё-таки помнила ту нашу встречу?
3
В следующий раз я встретил Настю уже в самом универе.
Мы учились в старом трёхэтажном здании, стоящем в форме буквы «г». На втором этаже располагался факультет филологии и журналистики, где учился я. На третьем этаже был переводческий факультет, где, как оказалось впоследствии, училась Настя. И первый этаж делили между собой историки, экономисты и физкультурники. Также на первом этаже располагалось место ежедневного паломничества толпы студентов – каморка с ксероксом. На тот момент там работала зрелая тётенька в очень толстых очках, от которой никто ни разу не слышал ни одного слова.