Анастасия Аверина - Над синим небом
Глава 1
Я схватила жесткие, почти одеревеневшие листья лацерса, испещренные многочисленными ударами, и с усилием потянула на себя. Цветок слегка сдвинулся с места, но потом застрял, несмотря на то, что вокруг него была выкопана приличных размеров ямка.
– Вредное растение! – возмутилась я. – Ну ничего, я до тебя доберусь!
– Альтарея! Поторопись! – позвал меня мой серебристый шарообразный робот. – Скоро эхолор!
– Знаю! – раздраженно отмахнулась я. – Я не уйду без клубня. Нам нужен корень, как никогда раньше. И потом, меня ужасно злит, что я не могу справиться с этим маленьким растением.
– Альтарея!!! – робот, которого я звала Эндо, предупреждающе надвинулся на меня. Я знала, что если мой помощник, дающий точные вероятностные прогнозы, начал переживать, то мне трястись от паники нужно было как минимум пять минут назад. А то и все десять. – Давай помогу!..
Я мотнула головой и потратила секунду на то, чтобы отодвинуть рукой вытянувшиеся из тела Эндо серебристые щупальца – подвижную наноматерию, покрытую мельчайшими чешуйками-рассеивателями.
– Не надо, – буркнула я, с усердием расшатывая лацерс из стороны в сторону. – Прошлая твоя помощь закончилась тем, что у меня в руках остались одни вершки и полная невозможность достать застрявший корень из земли. Это должен делать человек. Я все же чувствую лучше тебя.
Эндо обиженно засопел и тряхнул чешуйками, а я прислушалась к себе, стараясь почувствовать, как эффективнее тянуть растение. Наверняка есть такое направление, в котором лацерс вынырнет из земли, как из масла, сохранив целыми и листья, и корень. Я старалась не обращать внимания на легкий гул сзади. В крайнем случае, Эндо не даст мне пропасть, в этом я была уверена. И все же… даже с помощью Эндо, эхолор может оказаться слишком травматичным.
– Аля!!! – рявкнул робот, не сдерживая себя. Я мысленно улыбнулась. Мой маленький помощник научился показывать эмоции не хуже человека. Можно считать меня сумасшедшей, но я стала искренне верить, что он и вправду их испытывает. Уж слишком эмоционально робот реагировал для простой машины. – Бежим!!!
Длинный отросток Эндо на сей раз бесцеремонно схватил меня за руку, с усилием подтягивая вверх. Такому явному проявлению заботы я не стала противиться, с сожалением бросив взгляд на непослушный цветок и последний раз дернув его свободной рукой. На удивление, лацерс стал вытягиваться за нами и легко выскочил из пересохшей почвы, явив на свет темноватый корень с человеческую голову, напоминающий по форме сердце. Жемчужина Апхокетоля – так прозвали лацерс местные жители. Абсолютно невзрачный и деревянный на вид цветок, корень которого будто бы решил заменить все растения разом на пустынных землях затерянной планеты. Настолько питательными и целебными свойствами он обладал, что использовался людьми буквально для всего, начиная с сытного обеда и заканчивая изготовлением мудреных лекарств.
– Эге-гей!!! – я не смогла скрыть восторга и, уже не сдерживаясь, рванула в сторону поселения, подпрыгивая на каменистой бугристой поверхности.
Земля под ногами была жесткая и потрескавшаяся от сухости, усеянная мелкими острыми камнями с последнего эхолора. Я знала, сухость земли в этих краях обманчива. Здешние почвы обладают удивительным свойством – с течением времени начиная походить на пластичную массу, готовую обтекать и поглощать мелкие предметы. Не сразу, незаметно, в течение недель. Но это свойство позволяло камням не задерживаться, со временем уходя в толщу поверхности, твердой на ощупь. Своеобразная ньютоновская жидкость в масштабах планеты. У местных жителей даже выражение имеется – "земля кормится камнями", что означает – всему свое место, или мировой порядок неискореним. До техногенной эпохи аборигены в местных краях искренне верили, что эхолор – это кормление матушки-земли, священное время, годное лишь для молитв.
Крупными шагами, перепрыгивая через ямки и кочки, я приближалась к долинному городу, слабо выделяющемуся на фоне бедного оранжевого пейзажа небольшими полукруглыми крышами, врастающими в саму землю. Некоторые крыши блестели прочными металлическими пластинами, другие, победнее, по цвету ничем не отличались от окружавшей их коричневой почвы. Ни единого окна. В первые дни моего пребывания здесь такое положение вещей меня сильно удивляло. Теперь же я осознала, что в этом был большой практический смысл, а местное население для освещения своих подземных жилищ использовало хитрую систему отражений и зеркал в специальных почвенных полостях, позволяющую интенсивным лучам пробираться вниз, в помещения. Пойманный таким образом свет, которым изобиловала пустынная местность, создавал практически дневное освещение, растеряв при этом жар.