Людмила Козлова - Куб
-Женька, я знаю, где мы будем жить с тобой!– воскликнул Влад… и в глазах его появился нездоровый блеск.
– И где же, Влад? На Мальдивах? Я знаю, что ты гениальный, но пока непризнанный художник…
Влад подошел к Женьке, положил ладонь на ее губы (он любил целовать эти губы, похожие на лепестки утренних роз с хрустальными росинками) и прошептал нежно на ухо:
– Доверься мне, милая! Закрой глаза и возьми меня за руку…Ну что, Женька, полетели?!
Женька во все глаза смотрела на возлюбленного, начинающего талантливого художника – Влада Зимина. Молодой человек, худощавого телосложения, с глазами инопланетянина, протянул девушке свою руку; Женька подчинилась ему, закрыла глаза – и они полетели…
В этом полете Женька чувствовала тепло, которое исходило от Влада: оно передавалось, словно по электрическим проводам; а еще – легкость абсолютной свободы, прохладу воздуха, который обнимал девушку своими руками-невидимками. Сколько они так летели и где, она не знала, но через какой-то промежуток времени Женька услышала голос Влада:
– Открывай глаза, Женечка, мы долетели.
Женька глазам своим не поверила: каким образом они попали из съемной однокомнатной квартиры в огромный белый, до рези в глазах, Куб, она не могла никак сообразить, да и не хотела в эту минуту думать об этом…
– Влад, но здесь нет ни одного окна, ни мебели, ничего, кроме двери, да и ту страшно открывать, что за ней?
– Иные миры, Жека, – расплылся в широкой улыбке Влад.
«Гражданин Зимин! Вы меня слышите? Да очнитесь Вы наконец!» – зажужжал чей-то противный посторонний голос в голове Влада. Он приподнялся на кровати, обхватил голову руками, пытаясь тем самым заглушить этот, не пойми откуда, взявшийся голос.
Кто-то настырно тряс его за плечи. Влад открыл глаза. Перед ним стоял мордастый человек в форме, он что-то громко говорил, но Влад не слышал его. «Где Женька? Наш Куб? Кто это, что ему нужно от меня?» – вопросы каскадом сыпались в его голове.
– Ну вот, вроде пришел в себя. Уже и взгляд более осмысленный, – затараторил мордастый.
– Вы кто? – спросил Влад.
– Я-то следователь, гражданин Зимин.
– А где Женя, моя Женя? – озадачился Влад.
– Вы что, действительно, ничего не помните? – ехидно улыбнулся мордастый.
– Я помню Женю, кровать, Куб… – Влад потер виски, пытаясь вспомнить потерянный отрезок времени, в котором появился этот странный персонаж. – Я, наверняка, Вас нарисовал, а потом материализовал?
– Хм, ты не только гениальный художник, но еще и талантливый симулянт!
– Что, по Вашему мнению, я симулирую? И где, черт возьми, моя Женя, что Вы с ней сделали?
– Сумасшествие Вы симулируете! Он еще спрашивает про Женю: убил ее и еще несколько недель жил рядом с трупом, словно Женя и не умерла вовсе, – мордастый аж покраснел от напряжения.
– Что Вы несете? Женя, моя Женя, давно умерла, она получила бессмертие, как можно умереть дважды…поймите, она жива только в моем мире, в моем доме-Кубе…
Мордастый привстал со стула от такого нахальства, его глаза налились кровью, словно у быка во время корриды; он со всей силы стукнул кулаком по столу: