Антонина Попова - Колыбелью нам была степь донская. Очерки истории донской поэзии
Предисловие.
Я познакомилась с творчеством А. А. Поповой по многочисленным её очеркам об истоках донской поэзии, которые публиковались в течение нескольких лет в газете «Донской писатель», а затем – прочитав книгу «Колыбелью нам была степь донская…» (Ростов, 2015).
Автором была проделана большая работа биографа-литературоведа по изысканию и исследованию архивных материалов, содержащих различные составляющие истоков донской поэзии. Определённую историческую ценность представляют страницы, дополняющие факты, связанные с пребыванием на Дону классиков русской поэзии – А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, В.В. Маяковского, С.А. Есенина, О.Э. Мандельштама и тем самым обогащающие их биографии. Кроме того, автором исследуются малоизвестные страницы жизни и творчества поэтов всероссийской известности, становление которых происходило на Дону – Анатолия Софронова, Николая Доризо, Елены Ширман, Анатолия Калинина, Бориса Примерова, Михаила Танича и др. Но главная часть книги, её «сердцевина», посвящена тем поэтам, полузабытым и известным, ушедшим и ныне живущим, которые всю жизнь жили и творили на Донщине. Этот краеведческий материал, несомненно, будет интересен и полезен и писателям, и работникам библиотек, и всем интересующимся творчеством донских поэтов.
Менее всего книге А. Поповой присуще сухое изложение биографий авторов. Нет, это живой, полнокровный, оригинальный и заинтересованный рассказ, часто с элементами литературоведческого анализа, не стесняющийся личностных пристрастий, идущих порой из впечатлений детства, юности. Стихи ростовских поэтов собственными глазами, глазами мамы, бабушки – и тут же, рядом, – глазами известного литературоведа… Интерес к изданию поддерживает и интрига поиска материалов, которую А. А. Попова сохраняет на протяжении повествования.
Ирина Сазонова, член Союза писателей России.
К читателям
На православной земле
Звёздным сияньем во мгле.
Ласковой песней без слов
Ранит и манит Ростов.
Е. Живицин
Начиная любое дело, непременно ставишь перед собой задачу, выстраиваешь логическую цепочку, пытаешься найти корни, истоки того или иного явления. Интерес и любовь к донской литературе во мне воспитал отец. Уроженец Дальнего Востока, геолог по профессии, он был покорён романом М. Шолохова «Тихий Дон», знойной, суровой красотой донских степей, песнями казаков. В течение многих лет сначала мои родители, а потом и я, собирали книги донских авторов, читали и перечитывали их, бережно хранили. И когда возникла необходимость обратиться к творчеству донских поэтов, вернуть читателю незаслуженно забытые имена, нужно было только подойти к книжной полке и заново перечитать стоящие на ней издания.
Материалы, опубликованные в книге, не претендует на полноту. Это ни в коем случае не литературоведческий труд. Это скорее ассоциации, воспоминания детства, юности, переживания зрелого возраста. Это попытка пробудить у читателя интерес к поэзии, к донскому краю, познакомить с творчеством поэтов-земляков разных эпох.
Ведь только представьте: едете из Ростова в Азов – «Степь, синея, расстилалась/Близ Азовских берегов…» – М. Ю. Лермонтов. Подъезжаете к Таганрогу – «У Лукоморья дуб зеленый…», приближаетесь к Ростову с Левобережья – «…Вон он льется!.. Здравствуй, Дон!..» – А.С. Пушкин. Пошли гулять по Садовой – «…Улица Садовая/Скамеечка кленовая…» – А. Софронов…
Книга немного автобиографична. Географические названия Хопры, Маныч, Хороли я слышала с ранних лет. Ковер ковыльных степей, запах разнотравья, колышущиеся моря пшеницы – всё это воспоминания детства. Летом я путешествовала с отцом по донским степям, а когда он привозил меня домой, бабушка везла к родственникам в какой-нибудь хутор или станицу. Напевы казачьих вольных песен остались в памяти на всю жизнь.
Скакал казак через долину,
Через донские он поля,
Скакал он, всадник одинокий,
Блестит колечко на руке…
Донской край… Край, испытавший нашествие гуннов, полчищ Тамерлана и Батыевых орд. Здесь не раз воины Святослава и Олега скрещивали оружие с хазарами и печенегами, дружинники князя Игоря сражались на берегах Дона с половцами: