Наталья Леванина - Катюшкины зверюшки
Черепаха Фрося
Как-то по весне купил папа черепаху, и стали они с Катей думать, как её назвать. Решили, что будет она Фрося. Вначале Фрося показалась всем застенчивой обжорой. Черепаха ела всё подряд – зелёный лук, капусту, огурцы, но только тогда, когда никого не было рядом. Стоило кому-нибудь появиться, как Фрося тут же пряталась в свой костяной домик. Что только девочка ни делала, чтобы подружиться с ней! Но Фрося была упряма. В ответ она только поджимала свои тонкие длинные губы, закатывала черные глазки и уходила в себя, в свой надёжный домик, куда Кате вход был закрыт, и откуда поблескивали острые Фросины коготки. Однажды черепаха даже поцарапала Катюшу, которая хотела получше рассмотреть свою новую подружку.
Дело в том, что как раз дружить-то ни с кем Фрося и не собиралась! Она не умела дружить. Люди ей казались опасными уродцами. На руках и ногах у них не было чешуи и когтей, а самое главное – жили они все вместе, дом у них был общий. Фрося просто не понимала, ну, как так можно жить?
И что бы Катюшка для неё ни делала, чем бы ни угощала, Фрося была неприступна. Люди ей не нравились, и она букой подглядывала за ними из своего убежища.
А Катя была весёлой, общительной девочкой, ей скоро надоела мрачная черепаха, и однажды во время прогулки в парке она просто отпустила её на все четыре стороны. А сама побежала играть с подружками.
Поначалу это сильно обрадовало черепаху. Никто к ней теперь не приставал, еды вокруг было полно, а дом у неё – всегда при себе. Но скоро начались приключения, заставившие Фросю пожалеть о том, что была она так не ласкова с Катей.
Дело в том, что домик на плечах у Фроси был маленький, а мир вокруг – слишком большой и опасный. И вот однажды проснулась Фрося … в полёте. Быстро промелькнули кусты и деревья, земля и небо поменялись местами, и она больно приземлилась… прямо на дорогу. Ничего не понимая, выглянула из своего панциря и чуть не умерла со страху – прямо на неё неслись огромные, грязные колёса! От ужаса она зажмурилась и почти простилась с жизнью. Но ей повезло, она оказалась между колёсами машины и уцелела. А когда пришла в себя, принялась торопливо продвигаться к обочине.
Не случайно люди говорят о малой скорости, как о черепашьей. Фрося загребала лапами изо всех сил, ей казалось, что она не ползёт, а летит. На самом же деле, ещё много раз рисковала она своей жизнью, много раз проносились совсем рядом тяжёлые машины, покуда удалось ей, наконец, перевести дух в безопасном месте.
Но ненадолго. Скоро она услышала разговор, который многое прояснил и в её недавнем полёте, и в её дальнейшей судьбе. По обочине брели двое мальчишек, разгребая палками кусты и траву. Похоже, они что-то искали. Скоро Фрося поняла, что искали они её.
– Глупец ты, Санёк! Ну, и зачем ты пнул эту черепаху? Мешала она тебе? Она что, мяч что ли? Ищи вот теперь!
– А чего её искать? Делать нам больше нечего? Нас ребята давно ждут, мы же договорились в футбол играть!
– И опять – глупый ты, Санёк! Успеем в футбол. Вначале надо найти черепашенцию и сделать из неё пепельницу. У моего отца скоро день рождения, подарок ему будет.
– Как это – пепельницу? – не понял Санёк.
– Как делать – не знаю, только видел такие в магазине. Дорогущие! И куда она улетела? Ищи лучше!
И мальчишки стали шнырять вокруг, заглядывая под все кустики и камушки.
Фрося замерла от ужаса, привалившись к камню и жалея, что не может стать невидимой.
К счастью, мальчишки не заметили её и прошли мимо. Тогда Фрося, переведя дух, решила, что ей надо срочно вернуться на то место, где оставила её Катя. Вдруг девочка ищет её? Теперь уж она не будет такой упрямой букой! Будет дружить с Катей.
И черепаха поползла. Путь ей преграждали ветки и канавки, любая преграда стоила ей долгого, упорного труда. К ней часто подбегали любопытные собаки. Фыркая мокрыми носами, они бесцеремонно вынюхивали её чистенький домик. Некоторые даже норовили перевернуть бродячую черепаху, и когда это им удавалось, принимались играть ею как мячиком. Фросе это было неприятно, всё вокруг так стремительно менялось местами, что начинала кружиться её маленькая голова.