И. Старцев - К новой философии
Введение к новой философии
Как это ни странно, но эта книга не написана, чтобы убедить. Ещё со времен Джамбаттиста Вико (1668–1744) известно, что риторика наиболее успешна лишь когда слушатель (либо же читатель) убеждает сам себя. Естественным образом и посредством того, как устроен его или её разум или в каком состоянии он или она находится, каждый выносит своё понимание, интерпретацию, а иногда даже и свои слова, вместо того, что было написано другим. Я могу только предоставить свои аргументы и доводы, убедительность которых выясняется каждым в отдельности и самостоятельно. Моё дело – предоставление выбора, но сам выбор всегда за Вами. Поэтому я не хочу занимать место и время пустой, хоть и местами грубой болтовнёй. Содержание этих страниц есть моё собственное видение, которое, известно, никогда не будет достоянием большинства. Исходя из этого, пишу я в первую очередь для себя, отводя Вам, досточтимый слушатель, роль наблюдателя, в некотором смысле необозримого и тайного, вольного иметь своё собственное понимание моих слов.[1]
Чтобы не терять дальнейшего времени зря, начну с постановки проблемы: мы живём во время кризисов философии и социально-экономического строя. Почему философии? Потому что она не может угнаться за наукой. Чем отличается философия от науки? Философия по праву считается самой абстрактной из дисциплин, породивших науку. Она исследует способы мышления, произведения духовности, моральные поступки и мудрость в целом. Последняя же исследует реальность посредством количественных методов, которые сами в себе бессодержательны, хоть и могут быть теоретизированы качественно (например, в теории чисел).
В Эпоху Просвещения произошли первые в мире революции науки и философии, изменившие наше представление о том, что такое вселенная и как возможно её познать. В XX веке произошла очередная и всеми признанная революция в науке. На основе неевклидовой геометрии Эйнштейн перевернул представление о природе света и пространства (времени), подтверждённые эмпирически. В философии продолжаются споры о том, как объяснить эти открытия. В этой книге я хочу исследовать путь альтернативный тому, который начался перекличкой ньютоновской механики с кантовской философией и который сегодня оказался в тупике, когда наука и философия не находят общего языка. Среди множества развивающихся современных философий, нужно остановиться на нескольких и попытаться вычленить из них те элементы, которые поспособствуют для разрешения наших сегодняшних конфликтов.
Так как современная философия начинается с Иммануила Канта и имеет дело именно с его установками теории познания и априорного аппарата, то часть изложенного обязательно коснётся его философии. Нам может показаться странным случаем, когда эмпирически точная наука находит несостоятельность не только в предшествующей научной теории, но и в предшествующей абстрактной философии, примыкающей к науке. Здесь мы имеем ввиду конфликт теории относительности Эйнштейна и представлениях о пространстве и времени у Канта. В истории науки мы видим много научных открытий и сдвигов, но мы впервые видим, когда наука опровергает некоторое философское основание и приводит к кризису, а также развитию совершенно новых концепций в попытках выйти из конфликтной ситуации. Кант совершил переворот в философии, но он связал свою философию с наукой своего времени и поэтому сделал свою философию уязвимой, с точки зрения современной критики. Несмотря на то, что Кант придавал огромное значение своим априорным формам пространства и времени, он не смог избежать изменения в представлении самих этих форм, обусловленных эмпирическими открытиями. Споры, которые разразились в XX веке на почве этого конфликта современной философии и современной науки привели к ещё более сложному представлению пространственно-временных форм, представлению, которое эволюционирует и углубляется по мере развития в такой же степени философии, как и науки. Но помогут ли нам плоды этих споров,