Наталья Гороховская - Испытание на прочность
Предисловие
У людей разные судьбы. У кого-то все ровно, как по писанному. У кого-то как американские горки: взлеты и падения. Не каждый выдержит. А у меня пол жизни прошло без резких перепадов: дом, работа, семья, дети, хозяйство, хобби. По-разному бывало, как у всех. Я и подумать не могла, что судьба подкинет мне испытание на прочность, которое выдержит не каждый. Я доверяла мужу, как себе самой, доверяла людям, старалась ни с кем не ругаться. Никому не завидовала, не желала зла и думала, что и ко мне будут относиться так же. Человеку свойственно ошибаться, и я не исключение. Не все люди белые и пушистые, иногда получаешь удар, откуда не ждешь. Но Господь любит меня. Он всех любит. Только каждый человек принимает его любовь по-разному. Кто-то с благодарностью, а кто-то – как данность, а потом наглеет. Очень хорошо, что я принадлежу к первой категории. Наверное, поэтому я прошла это испытание. С Божьей помощью, но прошла.
Я проснулась от дикой головной боли, открыла глаза. Было уже светло. Последнее, что я помню, это как мы с мужем ехали из города домой. Ехали очень долго, я сидела в интернете, не обращая внимание на дорогу. По ощущениям, машина много раз поворачивала и наконец остановилась. В свете фар виднелись какие-то кучи.
– Пойдем, посмотрим, что там? – сказал муж. Мы вышли из машины, и я пошла в свете фар вперед и… удар по голове.
Пробую пошевелиться, голова гудит, в ногу что-то воткнулось. С трудом повернула голову, надо мной навалена куча досок и какого-то тряпичного хлама, а сама я лежу в ямке. Попыталась освободить ногу второй ногой, что-то оцарапало икру, но давить перестало. И тут я услышала голоса:
– Ну что не сдохла еще?
– Нет, дышит пока, живучая!
Я замерла, стараясь не дышать. Голоса было два, мужских.
– Что будем делать, может добить?
– Давай завтра, я пистолет возьму, а ножом… у меня рука не поднимется, все-таки столько лет отслужила. – Они прошли совсем рядом с тем местом, где лежала я, завелась грузовая машина и они уехали. Все стихло.
Я пыталась вылезти из-под завала. С трудом, но мне это удалось. Огляделась, обнаружила рядом свою сумку, открыла, посмотрела: паспорт, снилс, права – все на месте. «И на том спасибо, муженёк» – невесело усмехнулась. Взяла сумку и пошла в ту сторону, откуда шли мужики, когда я их слышала, по пути оглядываясь по сторонам. Кучи строительного мусора, кирпич, доски, шлакоблок, старый линолеум, свернутые то ли ковры, то ли дорожки. Я остановилась. Впереди меня кто-то слабо поскуливал. Голова кружилась, меня мутило и кидало из стороны в сторону, но я упорно пошла вперед и между двух куч мусора увидела ее…
Это была овчарка, вернее скелет овчарки, обтянутый шкурой. Огромная, раздутая правая передняя лапа и глаза, умные собачьи глаза, молящие о помощи. Над лапой кружили мухи, было видно, что в ранах, в сукровице копошатся черви, но собака была жива! В сумке у меня всегда была
маленькая бутылка с водой, я подставила к пасти собаки горлышко и немного надавила. Она с трудом глотнула, потом еще и еще. Последний глоток из бутылки сделала я, мне это тоже было необходимо.
– Так, милая моя, надо тебя спасать! – Сказала я, гладя большую, умную голову овчарки, затем встала и огляделась. Свалка не была огорожена, она просто была в лесу. От въезда вправо был строительный мусор, а влево бытовая свалка.
– Ну что ж, как говорил Табаки – а мы уйдем на север, а мы пойдем направо! Я нашла небольшой узкий матрас, положила на него живой труп, рядом положила свою сумку и потащила к лесу, обходя кучи и убирая с дороги кирпичи и доски. За свалкой пошли холмы, поросшие соснами и кустарником. Едва мы перевалили холм, как на свалке загудел грузовик. Укрывших за кустом, я наблюдала, как мусоровоз выгружал содержимое кузова. Машина уехала, а мы с овчаркой потащились дальше, перейдя второй холм мы оказались на ровной полянке. У меня страшно болела голова и я решила передохнуть. Оставив собаку, я пошла на край поляны и… забыла про свою боль, такой вид открывался передо мной. Поляна заканчивалась каменным обрывом, а внизу расстилалась сказочная долина, со всех сторон окруженная лесом. Цветов еще не было, май месяц все-таки, но в середине долины был какой-то водоем. Его не было видно с горки, но камыши и четыре плакучие ивы над ним говорили о наличии воды. И от него камыши шли к дальней кромке леса, значит, там есть ручей. Ну вот, теперь я знаю, где брать воду! С неохотой оторвавшись от этой картины, я посмотрела вокруг себя. Слева от меня возвышался холм, я подошла к нему по краю обрыва, стараясь не смотреть вниз, я боюсь высоты, да и голова кружится, заглянула в торец холма. Там было небольшое углубление типа пещерки, а к ней вела небольшая, шириной где-то в полметра, каменная тропа. Я прошла туда и огляделась: