Наталия Баринова - Гость из прошлого
Глава 1
Рабочий день подходил к концу. Прохаживаясь по кабинету, Александра перебирала в памяти сегодняшних посетителей. Все, как на подбор, истерики и пессимисты. Обычный набор, изредка разбавляемый персонами с тонкой душевной организацией. Их проблема в том, что они не выдержали натиск равнодушной цивилизации, надломились от предательства и черствости близких. Они приходят за помощью в состоянии глубокой апатии и разочарования, плохо формулируя причину того, что привело к такому итогу. Их настроение и способность воспринимать мир описывались одним словом – катастрофа. Катастрофа маленького человека, незаметная для окружающих. Поэтому зачастую эти несчастные, согнувшиеся под грузом проблем, приходили с опаской, без надежды, с единственной просьбой: никогда и никому не говорить о том, что они были здесь. Александра терпеливо объясняла, что это первое правило их общения – даже настоящее имя называть не обязательно. Главное – без утайки, подробно рассказать о том, что привело их в этот кабинет.
За годы практики Александра научилась воспринимать их проблемы спокойно, абстрагированно, поставив между собой и посетителем невидимую стену. А несчастный должен пребывать в уверенности, что его невзгоды, ошибки, разочарования постепенно растворятся в череде их неспешных диалогов, выстраивания новой модели поведения. Непросто убедить человека сломленного в том, что в большей степени решение всех его проблем зависит только от него самого. Достучаться и вытащить его из пропасти собственных ошибок, ненавязчиво, но убедительно показывая путь из сложившейся ситуации, – задача, которую Александре приходилось решать изо дня в день. Выбрав эту профессию, она не предполагала, насколько много сил придется на это тратить, но это был ее выбор. Желание совершенствоваться и быть лучшей перевешивало трудности и периодические сомнения.
Последний клиент выжал из Александры все соки. Этот мужчина требовал невозможного: он хотел, чтобы следующий сеанс проходил у него дома. Объяснить ему, что это противоречит правилам, оказалось задачей не из легких, но мужчина настаивал. После нескольких попыток убедить посетителя встретиться в рабочей обстановке кабинета Саша решила сменить тему. Она применила хорошо проверенный способ – лучезарно улыбнулась. Опыт показывал, что улыбка обычно обезоруживает, делает собеседника более сговорчивым. Разумеется, о поездке домой к клиенту не могло быть и речи, но озвучить это незыблемое правило нужно было максимально деликатно. В самом разгаре, казалось бы, прекрасно аргументированной речи мужчина резко выбросил руку вперед.
– Хватит морочить мне голову! – грозно заявил он. – Если в следующий понедельник вы не приедете ко мне домой, во вторник я покончу со всей этой канителью раз и навсегда! У вас есть эта чертова неделя, чтобы… Ну, вы поняли! На этом разрешите откланяться.
Инициатива явно перешла в руки клиента, а этого Александра допустить не могла. Она поднялась со своего кресла и окликнула того, кто решил изменить правила игры. Очередной взмах его руки уже на ходу, по-видимому, означал безоговорочное окончание общения. Мужчина поспешно, слишком громко закрыл за собой дверь, оставив своего психолога в напряженно-недоуменном состоянии. Вывод напрашивался сам собой: пока ей не удалось наладить с ним контакт. Впереди долгая и кропотливая работа. С одной стороны, это было интересно, но с другой… вот в этом и заключалось самое неприятное. Саша заметила, что в последнее время любимая работа перестала занимать ее так, как это было раньше. Разнообразие проблем сузилось в примитивный круг ревности и психозов на сексуальной почве. Причем наблюдалась неутешительная тенденция: материальное благополучие пациентов обратно пропорционально их сексуальной активности и удовлетворенности. Доказательств тому много, и этот истеричный мужчина, все сеансы сверливший ее недоверчивым, порой насмешливым взглядом, не исключение. Уж не затем ли он хочет сменить место встреч, чтобы предложить вместо доверительного разговора непринужденный секс? Его жесты порой выдают рвущееся наружу желание. Что может быть хуже неосуществленной фантазии?