Ким Робинсон - Голубой Марс
Kim Stanley Robinson
BLUE MARS
Серия «Sci-Fi Universe»
Copyright © 1996 by Kim Stanley Robinson
© Агеев А. И., перевод на русский язык, 2017
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2017
Лизе, Дэвиду и Тимоти
Часть первая
Гора Павлина
– Марс свободен. Теперь мы сами по себе. Никто больше не указывает, что нам делать.
Энн возвестила это, стоя в головном вагоне поезда.
– Но скатиться к старым нормам поведения очень легко. Нарушишь одну иерархию – и на ее месте мгновенно возникнет другая. Мы должны быть на страже, потому что всегда найдутся люди, которые захотят создать еще одну Землю. Необходимо, чтобы ареофания стала непрестанной, нескончаемой борьбой. Нам придется глубже, чем когда-либо прежде, поразмыслить над тем, что это значит – быть марсианами.
Ее слушатели сидели, ссутулившись в креслах, и наблюдали из окон за проплывающей мимо местностью. Утомленные, они рыскали взглядами. Красноглазые Красные. В резком свете зари все казалось новым; на обветренной земле снаружи не было ничего, кроме зеленоватых булыжников, заросших лишайником и кустами. Они выбили с Марса почти все земные силы, завершая долгую кампанию всплеском решительных действий – уже после начала великого потопа на Земле. И сейчас они устали.
– Мы прибыли на Марс с Земли, и этот путь стал истинным очищением. Мы стали больше понимать, получили свободу действий, какой не имели до этого. Получили возможность выразить лучшее в нас самих. И мы стали действовать. Создавать лучший образ жизни.
Таким был миф, с которым все они росли. Сейчас, когда Энн вновь его пересказывала, молодые марсиане смотрели как бы сквозь нее. Они смастерили эту революцию, отвоевали себе Марс, вытеснив всю земную полицию в Берроуз, после чего затопили город и потеснили землян до самого Шеффилда, что на горе Павлина. Теперь им предстояло прогнать врагов и оттуда, вынудив их, воспользовавшись лифтом, подняться в космос и отправиться на Землю; это было еще впереди. Но даже успешная эвакуация из Берроуза расценивалась ими как крупная победа, и некоторые опустошенные лица, обращенные к Энн или к окну, похоже, не выражали ничего, кроме желания передышки, чтобы хоть немного насладиться триумфом. Они были изнурены.
– Нам поможет Хироко, – проговорил молодой парень, нарушив тишину, в которой поезд парил над землей.
Энн с сомнением покачала головой.
– Хироко за Зеленых, – ответила она. – Она первая среди них.
– Хироко придумала ареофанию, – не унимался парень. – Марс для нее на первом месте. Она нам поможет, я знаю. Я встречался с ней. Она сама мне сказала.
– Но она мертва, – заметил кто-то.
Снова наступило молчание. Мир проплывал под ними.
Наконец, со своего места поднялась высокая девушка, спустилась по проходу и обняла Энн. Оковы заклятия пали, слова оказались забыты, и все, один за другим, вскочили, сгрудились на свободном пространстве в голове поезда, вокруг Энн, принялись обнимать ее, пожимать руки – или просто прикасались к ней, Энн Клейборн, одной из тех, кто научил их любить Марс, кто вел их в борьбе за независимость от Земли. И хотя взгляд ее воспаленных глаз все еще не сходил с каменистого склона Тирренского массива, что возвышался позади них, она улыбалась. Она обнимала их в ответ, пожимала руки, тянулась, стараясь дотронуться до лиц.
– Все будет хорошо, – заверила она. – Мы сделаем Марс свободным.
И они соглашались с ней и поздравляли друг друга.
– На Шеффилд! – возвещали они. – Завершим начатое. Марс укажет нам путь.
– Но она не мертва, – возразил паренек. – Я видел ее в прошлом месяце в Аркадии. Она еще объявится. Где-нибудь да объявится.
Перед рассветом небо розовело, как и прежде, становясь бледным и чистым на востоке, насыщенным и полным звезд на западе. Энн дожидалась этого момента, пока вместе со всеми ехала на запад, навстречу громаде черной земли, вздымающейся к небу, – куполу Фарсида, на котором все отчетливее выделялся широкий конус горы Павлина. Поднимаясь в гору из Лабиринта Ночи, они уже оказались выше плотных слоев новой атмосферы. У подножия Павлина ее давление достигало всего 180 миллибар, а когда они одолели восточный склон огромного щитового вулкана – упало ниже 100 миллибар и продолжало падать. Постепенно они оказались выше всякой растительности и захрустели по грязным участкам обветренного снега. Затем поднялись даже над снегом, где вокруг не было ничего, кроме скал и непрестанных холодных ветров. Обнаженная земля выглядела так, будто все еще были дочеловеческие времена, словно они ехали назад в прошлое.