Кристина Корр - Элла и дракон. Фиктивный брак с повелителем Тёмной башни
Пролог
Ночь всех несвятых – время, когда люди стягивались к главной площади Даэрташа со всех концов империи. Время, когда совершалось больше всего краж, когда случалось больше всего безрассудных поступков и время, когда зачалось больше всего детей…
Кеннар не любил этот день и эту ночь. За шум, за необходимость выбираться из башни, за надобность контролировать тёмную энергию и поглощать сущности, которые она порождала. Но кто, если не он – повелитель Тёмной башни, последний из теневых драконов-оборотней. Проклятый. Покинутый Богами, отвергнутый людьми, обречённый на вечное существование…
… маска скрывала лицо, лишь в прорезях виднелись чёрные глаза.
Реакция людей на оборотня всегда была разной и примерно всегда одинаковой, стоило им только узнать, что перед ними не просто дракон, а повелитель легендарной башни. Они столбенели в ужасе, в их жилах стыла кровь, стекленели глаза. Это так утомляло… Хотелось какого-то разнообразия. Но с течением времени пришлось смириться с происходящим. Кеннар перестал пытаться. Пытаться снять проклятье, прожить обычную жизнь…
– Скоро салют начнётся, – прозвучал над головой мягкий мурлыкающий голос.
Рядом опустилась девчонка. Свесила ноги с края крыши и, беззаботно болтая ими, запрокинула голову в ночное небо. Верхнюю часть лица украшала красная кружевная маска, по плечам рассыпался водопад каштановых волос. Наверное, каштановых. Кеннар был не силён в цветах и их оттенках. Коричневый – это коричневый, а чёрный – это чёрный.
– Вы не против, если я составлю вам компанию? – непринуждённо спросила она, даже не взглянув на своего собеседника, а Кеннар не потрудился ответить. Но, кажется, его согласие и не требовалось.
Девчонка продолжила сидеть, любуясь небом.
«И эта сбежит», – скептически подумал Кеннар, ничего не ожидая. Хотя… немного удивительно, что девчонка забралась на крышу ратуши и без всякого смущения подсела к незнакомцу.
… Кеннар не планировал любоваться салютом. У него были дела поважнее. Были…
Неужели во всей столице не нашлось другого места, чтобы оттуда посмотреть фейерверк? Обязательно нужно было забраться на здание, на которое забираться нельзя?
– Вы слышали о поверье на День всех несвятых? – вдруг спросила незваная «гостья», переведя взгляд на гуляющий народ.
… над площадью летали бумажные фонарики. Полыхали факелы. Громыхали барабаны, смеялись люди, на сцене выступали танцовщицы…
Кеннар отрицательно качнул головой.
– Тогда вам повезло, – в нежном голосе послышались грустные нотки. – За этот вечер меня уже трижды пытались поцеловать. Без моего согласия. Как можно верить в подобные глупости? «Если под шум фейерверков поцеловать рядом стоящего незнакомца, то вас ожидает безбедное счастливое будущее и скорое замужество», – ироничным тоном процитировала она и сморщила свой маленький аккуратный нос. – В поверье речь идёт только о девушках, но целоваться почему-то лезут мужчины. Причём большинство из них женаты, – сообщила доверительно. – Более того, разве не следует спросить разрешения прежде, чем целовать незнакомого человека?
Звучало разумно, но чересчур наивно. Но губы… губы всё равно дёрнулись в слабой улыбке. Девчонка рассуждала с такой серьёзностью о такой ерунде…
Кеннар принюхался.
«Странно, алкоголем не пахнет. Дурманом тоже…»
– Я забралась сюда в надежде спокойно посмотреть салют… Но встретила здесь вас. Похоже, это судьба, – произнесла девчонка, продолжая беззаботно болтать ногами и также беззаботно улыбаться.
Кеннар хотел ответить, что не верит в судьбу, но его слова потонули в хлопке первого взорвавшегося фейерверка.
– Началось! – радостно воскликнула «гостья», ткнув тонким пальчиком в небо. – Смотрите, началось! Как же красиво-о… – протянула она с восхищением, захлопав в ладони.
«Красиво?»
Кеннар задрал голову в небо, окрашенное цветными искрами и ничего не почувствовал. Что такое красиво? Зачем оно нужно?