Ганс Цвейг - Электрическая Настойка
Иллюстратор Ганс Цвейг
© Ганс Цвейг, 2018
© Ганс Цвейг, иллюстрации, 2018
ISBN 978-5-4490-0114-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Я брёл в раскидистой тьме, словно призрак. Летел, не чувствуя почвы. Это поднебесье может сделать тебя бесчувственным. Его купидоны анестезируют невидимыми стрелами. И немногие грезят о том, чтобы вернуть утраченное. Но ты обнаруживаешь это глубоко внутри, или наслаждаешься тем, чего нет. Фантомные боли заманивают в сумрак, рождающий смутные надежды.
Все засыпают, бессознательно надеясь не проснуться. Но их надежды тщетны и напрасны. Новый рассвет не сулит чудесного воскресения, но отмеряет ещё один день. Вечная кома, в которой все пребывают.
В это время город становился безлюдным и одиноким. И я, такой же одинокий, шёл по нему, вдыхая сумеречные ароматы грёз. Вне суеты и тревоги, способных отвлечь от прогулки по едва освещённым улицам. Фонари тускло выхватывали лишь небольшие области, оставляя место для полёта фантазии. В такие моменты всё казалось загадочным и зловеще привлекательным. На город наползала тень, показывая его манящим и захватывающим. Это прекрасно гармонировало со звучащими в голове мелодиями. Они напоминали пение валькирий, раздающееся по всей вселенной бесконечным эхом. Едва уловимое, но помогающее мыслить в интересном векторе.
Я окидывал взглядом каждый тёмный угол, каждый участок асфальта, каждое дерево, устремившее ветви навстречу алмазным россыпям, сияющим холодным электричеством. Что-то скрывалось за всем этим. И где-то совсем неподалеку творились удивительные вещи. Их мистическая аура тоскливо развевалась в воздухе.
Но что же делать?
Как постичь эти таинства ночи?
Как ощутить их потоки, и ринуться навстречу неизведанному?
Ответ не всплывал сквозь глади волн светлой грусти. Мною постепенно овладела необъяснимая и безмятежно сладкая меланхолия. Ни надежды, ни отчаяния, лишь влечение атмосферой мрака. Я тонул и растворялся поглощенным лучом в её чёрных дырах. Вечность неизмерима шагами, но я двигался. Беспредельная стихия захватывала с головой. Она вползала в меня через глаза и влетала вместе с дыханием. Мы становились одним целым и навсегда смешивались. Тьма моих зрачков – её капли, признаки её жизни во мне. Тогда она стала моим скелетом, сердцебиением и сознанием. А я – пустотой её атомов, ещё одним битым пикселем. Мы символизировали Инь-Ян. Смешавшись с тьмой, я стал космосом. Пути назад сгорел в черном пламени явления, таившего в себе всё и ничего. Пространство, улыбаясь, мягко намекало о своей иллюзорности и, в то же время, всеобъемлющей сущности.
Ни конца, ни края. Но никакое состояние не является последним. Оно плавно перетекает в другое, передавая эстафету. Как в тот раз, в форме света, взывающего к себе…
Я стоял в переулке, завороженный видом полной луны. Она избежала эктоплазменного плена грязных туч, как и я той ядовитой тьмы. Невесомый свет рассыпался по окрестным твердям стен. Пока пыльные облака, едва касаясь, проплывали мимо, её серебристо-жёлтое гало простиралось к звёздам. Этот образ бесконечно пьянил своей таинственной безмятежностью. Сколько взоров притягивало это небесное светило за всё время его существования? Сколькие ловили своё отражение в этом бледном лике. Чётко проступающий белый круг защищал мою проекцию от сил тьмы. Я долго стоял и созерцал спутник, пока не отвлекся на шум, доносившийся с другой стороны улицы.
Изломанная симфония смеха и радостных криков. Я отвел глаза от сферы и заинтересованно вгляделся через дорогу. Ещё несколько мгновений назад, на улицах воцарились отсутствие и безмолвие, но лунный свет вернул жизнь на землю. Всё произошло плавно и осознанно, не вызывая испуга или смятения. Начиналось самое интересное. Луна оказалась счастливой монеткой в чёрном пирожке ночи.
Я принялся всматриваться через дорогу. Мой взгляд пал на небольшую компанию, человек из десяти – нескольких девушек и парней. Благодаря лунному свету, ниспадавшему на них, была возможность немного их рассмотреть. Внешний облик незнакомцев вызывал не меньше интереса, чем то, чем они занимались. Передвигаясь со средней скоростью, подпрыгивая и пританцовывая, они явно были чем-то обрадованы и даже одурманены. Слабо вырисовывающиеся силуэты вдруг приостановили хаотичные смешки и выкрики. Незнакомцы, словно по команде, принялись скандировать хором: