Андрей Гр. Орт. - Двадцать ударов сердца
«…Над раздираемым бесконечными войнами Невендааром появилась новая звезда. Ослепительно сияя, пересекла она небосклон и упала где-то на окраинах Империи. Каждый народ воспринял это знамение по-своему, но, пока шаманы и прорицатели лишь пытались разгадать суть знамения, Бетрезен уже знал, что боги вновь решили вмешаться в дела смертных. Что звезда – на самом деле посланница Неба Иноэль, призванная изменить судьбу Невендаара. Он вознамерился захватить чудесное существо и поручил своему преданному слуге – Хаархусу доставить к нему небесную гостью.
Но не один Бетрезен ищет Иноэль, страж столицы Империи Мизраэль тоже знает о ее скором прибытии и советует Императору выслать отряд к месту падения звезды…»
Только наивный, приобщившись к великой тайне, полагает, что она известна лишь ему одному…
Только недальновидный уверен, что знает всех игроков и все правила Большой игры…
Грокдаз проснулся мгновенно. Привычно потянувшись к изголовью, сжал в кулаке обтянутую кожей оборотня рукоять «Ярости Громдока» и только после этого рывком сел, прикрывая вороненой сталью голову и грудь. В огромном ханском шатре, освещенном лишь молодым ведьминым огнем, было темно, как в безлунную ночь, но для рожденных в подземельях орков света было достаточно. Вождь племени Коман Дун огляделся. Тихонько дышала, вольно раскинувшись на драгоценных шкурах ирбисов, молодая наложница. Верный Клык, пятнистый степной волк, мохнатой глыбой лежал, устроив морду на вытянутых передних лапах у входа в шатер и светящимся красным глазом косил на хозяина. Вроде бы все спокойно… Но до боли знакомое предчувствие близкого боя заставило вождя подняться во весь рост. Ощутив беспокойство хозяина, Клык тоже поднял голову с лап. На всякий случай оскалился, повел ушами, к чему-то прислушиваясь, и, удивленно взглянув на Грокдаза, мол, чего ты всполошился, хозяин, свои же, вновь расслабился. Орк, чей слух лишь немногим уступал слуху степного хищника, уже и сам узнал неуклюжие шаги Сарка.
Узнать походку младшего ученика шамана было нетрудно. Этот нескладный и довольно крупный для своего возраста парень, еще не достигший возраста Испытания, пользовался особым доверием старого Боутарка и часто исполнял роль посланника. В отличие от своих сверстников, с юных лет постигавших науку войны, Сарк едва ли не с самого рождения обучался шаманом, и вместо легкой, бесшумной походки степняка «радовал слух» топотом, слышным за десятки шагов. Его приход в столь неурочное время означал, что предчувствия не обманули вождя и на этот раз. Готовясь к встрече, спящий нагим Грокдаз нашел и натянул штаны из мягкой козьей шкуры и стал обуваться. Тем временем парень добрался до входа в шатер (дома в наружной охране необходимости не было) и замер в нерешительности, переступая с ноги на ногу. Не пристало обычному мальчишке будить вождя племени.
– Я не сплю, Сарк, – прекратил его колебания воин.
– Доброй ночи, хан, – ничуть не удивившись, тихонько произнес ученик шамана снаружи. – Учитель просил тебя срочно прийти к нему… Сказал, что дело очень срочное, – Сарк заколебался, но все же решился добавить и от себя: – С захода камлает, весь кровью истек… Ты бы ему сказал, что ли, хан, может, он тебя послушает…
«Да, – подумал Грокдаз, – с незапамятных времен шаманы орков во время ритуала ранили себя, щедро расплачиваясь с богами собственной кровью за право узнать будущее. А Боутарк – главный шаман клана, в последнее время совсем меру потерял. Только что ты скажешь орку, который вчетверо старше тебя? Он еще при прадеде, в честь которого меня назвали, шаманом был…»
Грокдаз пристроил «Ярость Громдока» за спину: степняки и по нужде без оружия не отлучаются, щелкнул пальцами, приказывая Клыку остаться, и вышел. Сарк, терпеливо ожидающий вождя возле шатра, молча поклонился и пристроился слева, на полшага сзади хана. Идти было недалеко.
Огромный костяк старого орка, обтянутый посеревшей от потери крови, морщинистой кожей, странно изменившей клановый орнамент, в очередной раз поразил вождя размерами. В молодости шаман отличался огромной, даже по меркам степняков, физической силой. Стать не жреца – воина.