Лина Сумина - До конца света оставалось… Error. Разрушительный сбой. Часть 2
Глава 1. Из огня да в полымя.
Несколько медсестёр принесли нам одеяла и горячий чай. Здесь пахло стерильностью и медицинскими препаратами.
– «Давай порыбачим», говорили они! Будет весело! – проворчал себе под нос Сергей Гариевич. – Нормальный такой улов! В пятьдесят голов.
В холл вышел врач. Высокий полноватый, со смуглой кожей, мужчина. Я поймала тревожный усталый взгляд его тёмных, карих глаз.
– Вы с Высоцким? – произнёс тихо доктор.
– Я его жена! Где он? – соскочила я, захлопнув дневник Джонни. Мужчина в белом халате как-то странно на меня посмотрел. То ли считал в уме мой возраст, то ли разглядывал большую ссадину на лбу.
Если сейчас мне скажут: «в морге», я потеряю сознание. Это ведь моя вина. Не нужно было его в это впутывать. Джонни и так каждую смену рисковал жизнью ради спасения других. В тандеме со мной вероятность трагедии увеличивалась в геометрической прогрессии.
– В реанимации. Но состояние стабильное, дышит сам. Имела место остановка сердца.
Лена приобняла меня за плечи в знак поддержки.
– Вы молодцы. Спасли столько детских жизней. Спасибо вам! – врач взял меня за руки и осторожно погладил по бинтам. – Всё будет хорошо.
– Доктор, – произнесла Лена, – к нему можно?
– Только тихо. Это реанимация.
– Спасибо. – Аркадий пожал руку человеку в белом халате. Сергей, молча, сделал то же самое.
Мы тихонько открыли дверь, и все вчетвером прошли в палату реанимации. Это оказалось необычное помещение. Я сделала предположение, что она платная, потому что кровать была с электронным приводом. В углу стояли два кресла. Все на высшем уровне.
Женька лежал весь в проводах, с забинтованной головой. Кто-то очень заботливо и аккуратно накрыл его пледом, явно домашним. Аркадий пододвинул для меня кресло ближе к кровати. Я держала мужа за руку. В его вену был выставлен катетер и подключена капельница. От этого вида меня накрыло чувство вины, стыда за свои поступки и страха за его жизнь. Я смотрела в одну точку и не обращала на сидевших в палате людей никакого внимания. Лена стояла рядом.
И вот чего ты добилась? Посмотри на него! Если бы тогда не стала его искать, то сейчас он бы был цел и невредим. Женька был бы счастлив без тебя! У него были бы уже жена и ребёнок. Чуть не убила парня ради своей идиотской цели. Ты ведь и без него бы прекрасно справилась. Просто тебе нужен козёл отпущения.
Я встала и вышла в коридор, словно пытаясь убежать от своих тараканов. Села на кушетку в холле.
– Не вини себя. – прочёл мои мысли Аркадий. – Мы здесь все взрослые люди и сами отвечаем за свою жизнь. Он прекрасно знал, на какой риск идёт.
– Я подам на развод, как только Джонни поправится. – очень жёстко выпалила я.
– Глупая. Думаешь, что убережёшь его этим? И что ты ему скажешь?
– Найду повод для ссоры или признаюсь в измене. Он поверит и не простит. Пусть я лучше стану для него последней сукой, чем в следующий раз…, – «увижу его в гробу». От этой мысли мне стало больно.
– Лин, мы люди. Мы все смертны. Признайся уже себе, что без его поддержки и любви, ты бы сдохла раньше начала вторжения или свихнулась окончательно. Ты пытаешься спасти мир, а кто спасёт тебя? Он твой спасательный круг, твоя опора. Сколько у нас времени? Семнадцать лет?
– А если он погибнет из-за меня? Думаешь, это меня спасёт.
– Тогда, давай будем беречь его от наших миссий.
– Всё будет хорошо. – успокаивала Лена, вышедшая к нам. – Здесь прекрасные врачи, они его подлатают.
Мы вернулись в палату. Прошло несколько часов, хотя мне казалось, что минула целая вечность. В груди комом встало отчаянье и чувство вины. Приятные воспоминания выжигали изнутри.
Лена дотронулась до меня, чтобы я пришла в себя. Женька что-то шептал губами. Я прислушалась.
– Молчим и курим, курим и молчим… – почти беззвучно произнёс он слова песни Ундервуд.
Искалеченный муж напевал тот самый трек, который ещё не вышел. А я спела ему лишь вторую часть там, в лесу, сидя на капоте. Он не мог знать её, но постоянно напевал мелодию.