Николай Александров - Четыре Искры на Байкале
Четыре Искры на Байкале
Посвящаю эту книгу своему папе –
Александрову Борису Николаевичу.
Глава 1. Офис
На Байкал мы выбрались, как это обычно бывает, совершенно спонтанно.
Две тысячи двадцатый год принёс на землю эпидемию ковида, моментально сметя и разрушив ближайшие и отдалённые планы на отдых, да и вообще поставив под вопрос все жизненные приоритеты и пути дальнейшего развития. Весна двадцать первого, словно сбитый маятник, качалась от солнца и оттепели с лужами и снежно-грязной кашей на дорогах до вьюги и резкого похолодания.
– Всё! Я хочу на море! – Женька потёр чуть припухшие и покрасневшие от компа глаза и с тоской посмотрел на хмурое московское небо. Тимо́ха чуть дёрнул уголком губ, что, видимо, должно было означать саркастическую усмешку. Глаза его при этом не отрывались от семидюймового дисплея телефона, который в его лапище совсем не казался большим. Руки его жили каждая в своём ритме – правой он орудовал вилкой, почти не промахиваясь по макарошкам с котлетой, а большим пальцем левой он интенсивно давил монстров в очередной РПГ-игрушке.
Серж, чуть манерно оттопырив мизинец, взял стакан с компотом и, проведя несколькими круговыми движениями перед тонким носом, словно дегустируя запах изысканного коньяка, завёл глаза горе́ и молвил:
– Мммда, было бы неплохо!
Все наши приключения, ну, или похождения, это уж кому как, чаще всего начинались именно так – дело было вечером, делать было нечего))).
На сей раз это был день-деньской, а именно обед, и сидели мы в офисной столовке.
– На море, на море… – я постучал пальцами по столу. Мозг, словно сонный окунь, начал следить за блесной свежей идеи. Последние две недели наш головной офис готовился к запуску нового продукта, поэтому все активности были сведены к минимуму, мы подчищали остатки и находились в менеджерской нирване. Доставалось только Женьке – он был руководителем, и на него упала вся отчётность и подготовка логистики.
– Кто ж нас отпустит накануне запуска? – задал я риторический вопрос.
– Я! – Женька состроил невинную рожу и слегка закатил глаза.
– Упс, – проняло даже Тимоху, и он оторвался от экрана своего смарта, – нас что, увольняют?!
Тимо́ха, несмотря на свои внушительные габариты – под два метра рост и фигура уставшего бодибилдера, имел цепкий ум и внимание к мелочам. Он заведовал складом, транспортом и отвечал за все хозяйственные мелочи. При этом он всегда помнил, что где лежит, кто куда поехал и кому что поручено. Его рабочий блокнот напоминал китайскую грамоту – кружочки, стрелочки и прочее, с редкими вкраплениями слов. Это напоминало стенографию, которую мог понять только он сам.
– Не у-во-ль-ня-ют!
Женька продолжал смотреть на нас с лицом блаженного идиота, получившего конфетку. Только что пришло письмо, что запуск откладывается ещё минимум на две недели. Ковид, граница закрыта и так далее. Так что на недельку мы вполне можем взять отпуск!
– Ха! – Мой снулый окунь резко активизировался и ринулся за свежей идеей, разматывая её в стройную цепочку.
– Ну, тёплого зарубежного моря нам не видать как своих ушей! Ибо, во-первых, границы закрыты, прививки мы ещё не сделали, да и вообще… из недели два дня на перелёты, потом похмелились, потом протрезвели… окунулись, и пора улетать! – Мы весело переглянулись и рассмеялись. За три года нашего знакомства мы напились до похмелья только один раз, и то помогая Тимохе смириться с разводом.
При этом само понятие «похмелье» в классическом его понимании, это когда потрескивает голова, хочется пить и немного полежать, относилось только ко мне с Тимой. Жене с Сержем было ПЛОХО! С тех пор мы дружили вместе, а пили по интересам.
– И поэтому-у-у… – я безразлично посмотрел вверх, уткнулся взглядом в лампу дневного света и резко выдохнул: – На Байкал!
Реакция Сержа была мгновенной:
– В Сочи! Там теплее!
Переход от сонного ужа до распушившейся кобры всегда занимал у него миллисекунды. Сколько девушек попались на эту хитрую уловку змея-искусителя! Вот стоит перед ней чернявенький, кучерявенький ботаник и, застенчиво поправляя очёчки, чего-то там лепечет про её руки и глазки… Девица начинает скучать и, не чувствуя для себя никакой угрозы приставания, расслабляется… И вдруг! Ей в губы впивается страстным поцелуем горячий южный мачо с дерзким взором и нежными сильными руками! Переход настолько стремительный, что редкие крепости не сдавались на милость победителя.