Николай Степанов - Боковой отскок
– Евгений, очнитесь! Только не волнуйтесь, иначе мы вас потеряем.
«Ничего себе пробуждение!» – подумал лежавший на столе пациент, перед тем как открыть глаза.
Открыл…
– А-а-а! – он заорал и попытался вскочить.
Не тут-то было – шея, конечности и хвост похожего на крупную ящерицу существа были надежно зафиксированы кожаными ремешками.
– Мы же вас просили, – мягко попеняли ему.
– Что за шутки? Кто вы? Почему я привязан? Куда подевалась моя квартира?
Пустая комната с голубыми стенами и потолком разительно отличалась от привычной обстановки жилища пациента.
– Успокойтесь, пожалуйста, иначе мы не отвечаем за последствия.
«Кто это – мы?» – Евгений никого не видел. Через несколько секунд он нашел в себе силы заговорить:
– Хорошо, я почти спокоен. Что, черт побери, происходит?!
– Отвечаю по порядку. Первое – это не шутки. Второе – мы реанцы, хотя это вам мало что скажет. Третье – привязаны вы, чтобы без повреждений пройти адаптационный период после операции. Последнее – квартира осталась на прежнем месте, но очень далеко отсюда.
– Какая операция?!
– По пересадке сознания из одного тела в другое.
– Что?! Какое сознание? Вы издеваетесь?
– Еще раз успокойтесь. Сейчас мы вам все покажем. Готовы?
– К чему?
– Увидеть себя в зеркале.
Раздался щелчок, и потолок стал зеркальным.
– А-а-а-а!!!
Любой человек, увидев вместо своего отражения огромную зубастую ящерицу, заорал бы еще громче. Может быть, даже в обморок грохнулся. Евгений оказался крепким малым – у него довольно быстро сработал главный стрессовый предохранитель: «мне все это снится». И поскольку ущипнуть себя он пока не мог, то решил не прерывать видения и понаблюдать со стороны за дальнейшим развитием событий. По крайней мере, будет потом о чем рассказать приятелям и подружкам – не каждый же день такая муть снится.
– Эй, там, на столе! Вы еще здесь? – Когда он резко замолчал, невидимые собеседники заволновались.
– А куда я денусь с подводной лодки? Вы мне вот что скажите – в чем смысл этой операции? – слегка оправившись от шока, человек решил взять нить разговора в свои руки.
Он вдруг понял, что беседа ведется не на русском языке. Какая-то какофония из щелкающих звуков, которую и людской речью назвать нельзя, но которую он прекрасно понимает, да и сам говорит не хуже невидимых незнакомцев.
– Нам потребовалась личность, способная устоять против самых изощренных женских чар.
– А я тут при чем? Девушки, наоборот, моя слабость.
– Даже те, кто стремится выйти за вас замуж?
Пациент ненадолго задумался.
– В мире существует лишь одна вещь, которая притягательнее самой красивой дамочки, – моя личная свобода.
Действительно, несмотря на свои пятьдесят с небольшим, Евгений до сих пор оставался холостяком и считался завидным женихом. Женщины частенько посещали его дом, но на ночь оставались лишь те, кто не помышлял о более прочных узах. Если же он ловил взгляд хищницы, вознамерившейся его окольцевать, сразу предпринимал самые жесткие меры. Несколько попыток заарканить «жеребца» потерпели фиаско благодаря его невероятной изворотливости.
– Именно эта черта вашего характера нам требуется.
– Не понял…
– Парень, в теле которого вы сейчас находитесь, попал в сложную ситуацию. Его зовут Руген, и вам следует привыкать к этому имени.
– Странно, я почему-то его знаю…
– Ничего странного. Личность Ругена сейчас задвинута на второй план, вы полностью владеете его памятью.
– Забавно! А что он натворил?
– Оказался заперт в одном помещении с леди Кирсель.
– На целую ночь? А, ну да!.. – чужая память выдала землянину картинки недавнего прошлого. – Погодите, но у него с ней ничего не было. Он что-то выпил и проспал до утра, пока не пришла горничная.
Конец ознакомительного фрагмента.