Николай Жданов-Луценко - 9 жизней. Стихи
© Николай Жданов-Луценко, 2020
ISBN 978-5-0051-7628-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Вместо предисловия.
«Писательница» (рассказ)
…Одна незнакомая мне девушка, с которой я ни разу в жизни не встречался, но обменялся несколькими сообщениями в Интернете, из категории так называемых виртуальных «френдов», вдруг прислала мне в вотсаппе кусок текста с орфографическими ошибками. Они не звонят и не разговаривают, им надо чем-то занять пальцы, поэтому общение происходило в смс-формате. Я пытался соотнести себя с какой-то Бетти, о которой шла речь в 18 фразах без особой пунктуации, и не находил точек соприкосновения. «У меня есть шанс?» – последовал вдруг вопрос. Я даже не понял, о чём идёт речь. Наверно, девушка хочет встретиться и познакомиться очно с известным поэтом, подумал я, но на всякий случай написал: «Какой?»
Сделаю лирическое отступление о том, что по недолгой переписке я знал о ней. Приехала в Москву, потому что сейчас сюда едут все. Жизни в заМКАДье от Балтики до Тихого океана, по её словам, нет. Правда, приехала не из Урюпинска, а из Питера, но звания «культурной столицы» за Северной Пальмирой решительно не признаёт («такой же провинциальный город, как все остальные, только более бандитский»). Устроилась не то в парикмахерскую, не то в маникюрный салон где-то в торговом центре на окраине, а жильё снимает на противоположной промзоне и ездит на работу и с работы каждый день по три-четыре часа. Рабочий день от зари до зари по скользящему графику, но выспаться и восстановиться не успевает. Да ещё привезла собаку, которая требует внимания и забирает остатки времени и сил. Личной жизни, естественно, никакой…
«Какой шанс?» – «Стать писателем…» Евпатий Коловрат! Ей 22 года и она с таким же успехом могла спросить: «Как думаешь, у меня получится проводить операции по микрохирургии глаза?» Мне, у которого покатил уже третий десяток в Союзе писателей, хотелось начать рассказывать ей, загибая пальцы: «Ты должна была родиться в интеллигентной семье с хорошей библиотекой, желательно профессорской или артистической. Прочитать много сказок до школы и еще больше книжек за рамками школьной программы, писать талантливые сочинения, которые учителя рекомендовали бы на олимпиады. Было бы неплохо изучать иностранные языки, чтобы прикоснуться к другим культурам на Западе и Востоке. Тебе следовало бы поступить в один из престижных столичных ВУЗов с традициями по гуманитарному направлению. Было бы неплохо попутешествовать, чтобы своими глазами увидеть то, о чем ты читала. Дальше ты должна была бы поработать, желательно в журналистике, дабы набить руку на малых формах. Пережить любовь и предательство. очарование и разочарование, крушение иллюзий и избавление от желаний, осмысление предначертания… И лет в 35—40 попробовать себя, чем ты можешь быть интересна другим».
Вместо этого, я откровенно ответил ей: «Никакого!» – «А что делать?» – «Купить учебник русского языка, даже, может быть, нанять репетитора. Научиться грамотности формы. Купить словари синонимов и антонимов, да и толковый словарь Даля для начала. Преодолеть лень и неряшливость – ведь абсолютное большинство новой генерации пишут без знаков препинания и заглавных букв, просто потому, что им лень переключаться в другой регистр». Они пропагандируют безграмотность, как норму. Все эти «аццтой», «зачот» и т. д. – это убожество двоечников. А теперь они хотят стать писателями. Пуркуа бы и не па?
«Да, – написал я ей в конце, – уволься с работы, чтобы у тебя было время думать. И отвези собаку родне – надо отвечать за саму себя и что-то менять в своей жизни». Больше она на связь не выходила… Она поняла, что и не успела, и опоздала.
А мне подумалось: какое же время фейков! Если проститутки становятся министрами, а бандиты депутатами. Если тупицы покупают себе дипломы докторов и аттестаты профессоров, а в академики выбирают детей академиков. Если деньги решают всё, то плати и будешь и писателем, и лауреатом. Продаются ордена и звания, должности и биографии, карьеры и свобода от уголовной ответственности… Наверно, мне следовало сказать девушке: «Копи деньги, плати и будешь ты писательницей. Плати ещё и будут у тебя тысячи читателей, которых можно накачать в какой-нибудь аккаунт, как силикон в невыразительные груди». Но я не в этой системе ценностей. Поэтому даже себя со своими многочисленными и многотиражными книгами, я не считал готовым для прозы, для «больших полотен», только для концентрированного эликсира поэзии.